Проклятое наследство. Часть 1

На одной волне, как говорится, – это как раз был тот случай. Мы улыбнулись друг другу, не замечая косых взглядов рядом.

Но тут нотариус откашлялся, привлекая внимание всех собравшихся, и провозгласил:

– Уважаемые дамы и господа, оглашаются условия завещания и волеизъявление Редько Серафимы Сильвестровны, засвидетельствованные седьмого декабря две тысячи шестнадцатого года…

Далее следовали скучные юридические формулировки, которые я почти не запомнила. Не буду даже пытаться это воспроизводить.

Этот нотариус Иванов умел напустить тумана и утомить слушателей. Именно в тот момент, когда некоторые уже начали зевать, он, наконец, произнес то, ради чего мы все здесь собрались. Началось перечисление фамилий и имен наследников. Я не сразу сообразила, поэтому не успела пересчитать вслед за нотариусом, сколько нас всего. Обратила внимание только на то, что только один из нас носил фамилию Редько. Интересно, кто этот единственный продолжатель рода?

Тут послышался некоторый ропот среди переглядывающихся между собой родственников, и только один, самый нетерпеливый, выкрикнул:

– Так, а что с наследством-то? Кому что отписано?

Нотариус вздохнул:

– Господа, я еще не закончил.

Чтение документов продолжилось. Но смысл того, что я услышала далее, до меня дошел не сразу. Как я поняла, предмет наследования – дом, находящийся где-то в Томской области, передавался в общее владение всем поименованным в завещании.

– А что с банковскими счетами и ценными бумагами?

Нотариус широко улыбнулся. Наверно, так улыбался тот самый Чеширский кот:

– Я прочитал только ту часть завещания, которая была передана для оглашения моим сибирским коллегой. Остальные детали мне не известны. Тем из вас, которые желают вступить в права наследования, надлежит явиться по адресу его нотариальной конторы, расположенной в городе Томске в течение десяти дней.

Родственники негодовали. Чего ради нас собрали здесь, если основное завещание в Томске?

– Господа, прошу расписаться и получить копию документа.

Нотариус дал понять, что его миссия исчерпана, все дальнейшие дискуссии бессмысленны, а новоиспеченным родственникам стоит пообщаться в другом месте.

Мы все вышли на улицу и некоторое время решали, что делать дальше.