Тем, кто не любит

Есть муж, есть работа, подрастает дочка. Но так хочется чего-то еще!» – А чего – Наташа и сама не знала.

Она всегда любила начало лета. Ощущение солнца, пробивающегося по утрам через занавески и щекочущего лучами ее сонное лицо. Махровые, как пачки балерин, пионы, влажная сирень – любимые цветы, обещающие, что лето еще впереди, а значит, будут теплыми дни, короткими ночи и приблизится блаженная пора отдыха.

Давным-давно, таким же солнечным утром, Наташа проснулась и открыла глаза с сознанием, что ей исполнилось целых шестнадцать лет.

Она лежала в постели и счастливо бездумно разглядывала потолок. Черт его знает, какие видения вихрем проносились тогда в ее голове! Но вот раздался легкий скрип двери, и она закричала: «Внесите дары!» И, легкая, соскочила с постели, готовясь расцеловать мать и отца.

Первой в комнату вошла мама с чудесными ямочками на щеках, с мягким взглядом, с волшебным розовым свертком в руках, а за ней, как-то боком, с огромным букетом сирени, отец. Она кинулась к ним, чтобы закружиться вместе в ветреной джиге объятий и поцелуев, но вихря не получилось.

Прошелестел тихий ветерок поздравлений, и смущенно, чувствуя нечто непредсказуемое, она опустилась на постель, теребя розовую ленту подарка. Отец вышел из комнаты, а мать осторожно присела на край кровати рядом с дочерью.

– Что случилось? – Тревога птицей заколотилась в груди. Рука матери скользила по ее руке, а губы проговаривали какие-то непонятные, невнятные слова. Сквозь пелену тревоги до Наташи доносились обрывки: «Ты выросла… получать паспорт… изменить отчество… подумать и решить…»

– Да в чем же дело? – почти закричала она.

– Папа тебе не родной отец. Твой настоящий – уехал, когда ты еще даже не родилась.

– Папа? Как может папа быть мне не родной? – Наташа не могла этого принять.

А как же запах? Его родной запах, который знаком с детства? Который был с ней с тех пор, как она себя ощущала! Когда она бывала больна, она могла и не видеть отца, но всегда чувствовала, что он рядом – то с плюшевым медведем, то с ложкой лекарства, то со стаканом чаю с малиновым вареньем… Даже когда он был в походе, Наташа чувствовала, что он скучает, заботится о ней… А его форма, что висела в шкафу? Парадный мундир, фуражка, его кортик? Она помнила их всегда.

Откуда мог взяться какой-то другой отец? А внешнее сходство?

– Это дурацкая шутка?

Но мама заплакала. Наташа выскочила в кухню. Отец сидел за столиком у окна, и она вдруг впервые увидела, что он ведь не очень молод.