Перцовка

Лёха, где твои динозавры? Где амфора, в которой ты хранил свои мечты? Расколотые черепки с едва различимой надписью?

Расставшись с Лёхой, я никак не могла забыть этот разговор. Бедный Лёха, что он сейчас будет делать? Ему нечего даже вспомнить, как же жить дальше?

И сама себе ответила – а ничего не будет делать. Пойдёт искать другую работу, где не будут требовать биографию. А потом забудет и её, пока я тащу за собой свой музей.

Минутная, острая тоска – как будто солнце стало ярче в миллион раз. Ослепило, остановило – да как же так? Кто будет смахивать пыль с экспонатов, протирать стёкла, если мне они будут не нужны?

Я могу просто развязать верёвку, привязанную к моим ногам, и динозавры, и амфоры останутся тут, на тротуаре.

Кости рассыплются жирным липким порошком, амфоры – сухим песком, а листы с автографами почернеют и скукожатся.

А карнавальный костюм времён Зарождения Взрослой Жизни? Неужели я больше никогда не смогу его примерить?

Нет, рано ещё поднимать якорь.

2

Он мне и говорит:

– Закрой рот.

Точнее, не совсем так сказал, но смысл был примерно тот же. «Не самая удачная презентация, лучше вам ещё подучиться и послушать других» – где в этих словах хоть намёк на уважение?

Что ж, придётся сидеть и слушать.

Я написала Лёхе сообщение – «Ну что, нашёл работу?». Лёха не отвечал крайне долго, минуту или две. Я даже начала прислушиваться к чужим презентациям, как мне и посоветовали. Но нового ничего не узнала за эту минуту.

Лёха работу не нашёл. Начинал бодро, с размахом, но на вопросе о профессиональных достижениях тушевался, и его отбраковывали.

– Скоро и мне придётся искать.

– Ммм?

– Не ценят меня тут, Лёха, ой, не ценят. На собрании при всех велели заткнуться.

Лёха ничего не ответил.

Я попыталась вникнуть в суть доклада, который делал мой коллега, но не смогла – основное я пропустила за перепиской с Лёхой. Уж я-то рассказывала бы повеселее, чтобы слушатели не отвлекались на Лёх и Наташ в телефонах. Ну честное слово, нельзя же так уныло бубнить!

Вывернуться наизнанку, чтобы понравиться другим.

И самое страшное, что не кому-то конкретному, а глобально, всем, каждому, в общем. Вот ещё один скелет в моём музее. Я думала, он надёжно упрятан под стекло, но нет – видны трещины. Не ровён час, проклюнется, стуча тупой мордой, раскалывая стекло.

Не слушают? Не беда! Сейчас пошутим, уместно или нет – не мне решать. Сделаем глупость, намеренно допустим ошибку, чтобы оживить слушателя.