Она не умела стрелять

При таком широком круге общения, какой у нее был, настоящих друзей, способных рисковать свободой, не оказалось, кроме единственной подруги, к которой она решилась прийти переночевать.

В конце концов Зоечка не выдержала и вскрикнула:

– Я не верю тебе! Не может такого быть! Неужели ни один человек в городе не протянет тебе руку помощи?

– Не забывай, это убийство. У всех семьи и дети. Правда, я могла бы довериться Антону Коваленко, но он непрактичный, не от мира сего. Испугается. Да и что он может сделать? Увезти меня на Казантип, в грязную палатку?

– Хорошо, давай я с ним сама поговорю.

Ксана обреченно покачала головой:

– Бесполезно. Мы с ним дружили, он сейчас точно под наблюдением. Может, не раньше, чем через месяц, но через месяц я уже… – она хотела сказать, что, наверное, умрет, но вместо этого всхлипнула, по щекам покатились прозрачные слезинки.

Нежная, беззащитная Зоечка вместо того, чтобы тоже заплакать, вся подобралась. С того момента, как Ксана появилась на пороге квартиры вместе со своей непосильной бедой, внутри нее все словно заледенело.

Совершенно расхотелось жаловаться на судьбу, страдать, изводить себя страхами. Такое с ней было впервые. Реальная угроза потерять единственную верную подругу была такой же кошмарной, как и те последние, наполненные безысходностью дни, когда в мир иной друг за другом уходили родители. Зоечка понимала, что ничем не может ей помочь, и от этого злилась все больше.

– А сколько ему лет?

– Тридцать пять.

– Не так уж и молод.

Ксана вытерла слезы и тепло улыбнулась.

– Зоечка, поверь, он полный балбес и большой ребенок. Его самого легко обидеть.

Зоя потерла пальцем несуществующее пятно на пластике стола.

– Ксана, послушай, в твоем положении все средства хороши. Скажи, а где он бывает, кроме редакции? Туда я теперь точно не пойду.

– Винный подвальчик на Горького. Кажется, «Кассандра». Адрес не помню, ближе к улице Толстого. Он любит там зависать с какими-то гопниками, у них что-то вроде постоянной тусовки по пятницам.

Но сейчас искать его там бесполезно, я в этом уверена.

Разглядывая пылинки, пляшущие посреди комнаты, Ксана вдруг подумала, что напрасно сказала Зоечке про «Кассандру». Сама она туда пару раз заходила после работы, передавала Антону материалы от клиента для верстки. Ничего плохого там не было – довольно чисто, даже как-то мило и богемно. Деревянные панели, статуэтки в углах, панно на стенах, сухие цветы в вазах, мягкое освещение – вполне приличный интерьер.