Наследие

И в месяц Ярус, самый холодный из всех, и пришло то, о чем молодой правитель северных земель уже и не мечтал, а именно взаимное чувство. Может, поэтому, когда мороз рисовал свои узоры, ему вспоминался этот день. Несомненно, любой лед можно растопить, если только очень захотеть. Его гордостью были трое сыновей – Паторс, Авториус и Ставрос.

Старший, Авториус, отличался от всех своим добрым сердцем. Иногда великий правитель злился на его мягкий характер, поэтому считал, что рано брать его с собой в горы, где проводилось обучение магии.

Авториусу больше нравилось белое искусство этой нелегкой науки, а не темная ее сторона. Этим он пошел в свою мать Кэли, что раздражало Эриаса и радовало сердце матери.

Паторс, хоть и был меньше, неплохо разбирался в темной магии. Правда, удовольствия в этом не видел; пока просто делал то, что приказывал отец. Самым большим его развлечением была магическая одежда. Он с легкостью переодевался в оболочку разных сущностей и копировал их с такой точностью, что подмены заметить было просто невозможно.

Ставрос был парнем невысокого роста; смоляные волосы, карие глаза, овальное лицо, на котором почти всегда была заметна остроумная и в чем-то жестокая ухмылка. В нем было что-то отчужденное, что иногда пугало родную мать. По своему ненасытному характеру он был слишком злостным, как и подобает вампиру. В нем были воплощены все плохие качества характера, которые проявлялись слишком часто. Казалось, он всем и всегда недоволен, будто кто-то слишком сильно когда-то его обидел, а он ничего и никому не прощал.

Мог вынашивать ненависть целыми неделями, а потом в подходящий момент разнести всех в пух и прах. Ночью его не было видно. Он промышлял мелкой добычей в ближних лесах и не появлялся до наступления рассвета.

– Это мой! – крикнул двенадцатилетний Паторс, примеряя новый костюм. Он прохаживался с высоко поднятой головой по тронному залу и кривился в сторону старшего брата Авториуса.

Тот стоял молчаливо в сторонке, не отвечая на его гримасы.

– Хорошо, пусть будет так.

Костюмчик пришелся по плечу Паторсу. Его карие глаза в белую крапинку, словно кто-то подрисовал их при рождении, украсив его грубые черты лица, заблестели от удовольствия, что ему досталась такая модная вещица.

– Я не забыл про тебя, – обратился отец ко второму сыну, протягивая лук в виде орла, потому что орел – символ скорости, точности и молниеносной реакции во время охоты.

– Спасибо, отец, – Авториус скромно взял подарок и кивнул.