Тень за моей спиной

Слышала дыхание мужа, чувствовала его близость, и только. И это привело к тому, что тот самый (как пишут в романах) тугой узелок образовался и в моём животе.

Потом, спустя какое-то время, когда мой муж, совершенно опустошённый, но довольный, отстранился, я покосилась на ноутбук, который супруг успел захлопнуть в период нашей близости, дабы не сломать ненароком.

– Так, что там за красотка, волосатая и хвостатая? Я не припомню такой! – ревности не было, но ведь реально любопытно, кем это там муж так заинтересовался.

– Смотри, ревнивица, – усмехнулся супруг, открывая ноутбук и демонстрируя мне фотографию леди Шелли. Но не она была выделена на кадре, а маленький неказистый пёс, пробегавший мимо нас в момент сессии. – Ноги прямые, шерсть лоснится. Не иначе хозяйский! Или местный, что, впрочем, совершенно не важно.

– Да уж, – согласилась я, посматривая вовсе не на откормленного пса, а на женщину, которую предпочёл мне человек из прошлого.

– Красивая. – Сергей правильно определил направление моего взгляда.

– Почему ты так решил? Вы ведь вовсе не знакомы. – Мне не стало обидно за леди Шелли, но ведь так можно сказать обо всех, в том числе и обо мне. Мало ли кто любит нарядиться в алое и покрасить волосы, сделать яркий макияж. Не в телогрейке же теперь общаться с людьми.

– Мне так кажется. – Серж передёрнул плечами и пролистнул кадры дальше, то и дело комментируя. – Вот этот снимок просто отличный! А здесь что-то со светом не то.

– Согласна. Но леди хотела получить фотку непременно в этой комнате, и я, вероятно, промахнулась с настройками.

Какие там настройки! Я не скупилась на технику, и она не знала отказа. Просто лорд Эрскин соизволил присутствовать в тот момент, когда его жена позировала сидя на диване, которому было, по крайней мере, лет сто, но, скорее всего, двести.

– Ну а здесь всё просто шикарно. – Сергей открыл тот снимок, где Шелли и Алекс запечатлены вдвоём и внимательно присмотрелся.

– Да, что-то есть такое, – согласилась я, не желая развивать эту тему. Рассматривать фотографию своего бывшего возлюбленного было очень больно. И даже присутствие супруга не смягчило этого ощущения, наоборот, захотелось поплакать, уединиться, а нельзя, Серж мог что-то заподозрить.