Подаренная морем

Кин ухватил меня за руку, словно пытался вырвать из пасти дракона и уже почти задвинул себе за спину… Милорд Эванс оказался убедительнее:

– Верн, прекратите прикрываться девушкой! И если думаете, что вы проворнее, то присмотритесь внимательнее. Вам не выехать с этой улицы вместе с Лаурой. Только одному.

Словно по заказу вокруг зажглись фонари, освещая помимо нас ещё нескольких человек, чьи лица было не разобрать из-за погоды и капюшонов.

– Лаура, девочка, ступай домой. Через полчаса я жду тебя для серьёзного разговора в своём кабинете, – приказал милорд Эванс.

Слова дяди показались обманчиво мягкими, но били, будто плеть. Я замерла, все не решаясь делать шаг. И вместе с тем понимая, что это может быть последний день, когда мы видимся с Кином. Это было страшно, но я встала рядом с Верном. Повернулась к нему и произнесла, жадно смотря и в то же время пытаясь запомнить каждую чёрточку любимого лица.

– Не грусти, Лаура, я вернусь за тобой, – прошептал Кин и протянул мне саквояж. Прикосновение пальцев было столь коротким, что я пожалела наличию одной сумки, а не двух или трёх.

– А вот это уже вряд ли, – не смолчал дядюшка, вложив в свои слова всю. Язвительность, на которую был способен. – У нас достаточно на примете женихов, более достойных руки Лауры. Вас же, Верн, я прошу немедленно уехать, иначе мы будем разговаривать в другом месте. После чего уверяю, ваши родители будут вовсе не в восторге. Да и корабль в Сан-Морин отойдёт без вас.

– Дядя!– умоляюще прошептала я и бросилась в сторону дома, сдерживая злые слёзы.

Как же так?! Откуда дяде удалось узнать наш план, ведь я сожгла записку Кина. Кто проговорился? Кучер или сам Верн нечаянно с кем-то поделился?

Я не сразу осознала, что поднимаюсь по ступеням дома. Дверь оказалась открытой и я замерла, а затем осторожно вошла. К счастью, никто из слуг так и не встретился, и до своей комнаты я добралась благополучно. Видимо, милорд был уверен в моём возвращении. И  люди Итона Эванса не просто так кружили вокруг нашего особняка.

Вещи разобрала, совершенно не думая о том, что делаю. Посмотрела на часы, нерешительно помялась, не зная, как поступить. Идти или подождать. А потом надела домашние мягкие туфли и направилась в кабинет дяди, не зная, чего от него теперь ожидать. Мысли о замужестве больше не казались радужными, а дальнейшая судьба Верна страшила. И всё равно я была полна надежды, что он обязательно вернётся из этого похода. И потом, Сан-Морин далеко.