Невеста из другого мира. Травница

– О, Николетта! А как там поживает мой друг Полос? Все еще на ногах? – поинтересовался мясник слегка заплетающимся голосом. И я догадалась с кем так набрался мой начальник. – А я тут… вот. Упал немного. Витрину задел.

Покосилась на стражей, но не стала расспрашивать, каким образом они связаны с Жирдо и почему такое рвение. Меньше знаешь, крепче спишь и дольше живешь. Но себе пометку сделала, не так-то прост этот человек, раз столичные стражи о нем пекутся.

– Что с вами, господин Жирдо? – Я присела около мужчины.

– Нога… Николетта, спасай. Свиная рулька твоя.

Я кивнула, не став отказываться от столь лакомого куска. Даже порадовалась, ведь не придется экономить на продуктах, покупая очередной редкий инструмент. Одно дело имущество Полоса, другое мое собственное. Да, я мечтала когда-нибудь стать самостоятельной и купить лицензию на право называться доктором. Пока же у меня на это попросту не хватало средств.

– Где болит? – поинтересовалась я, пробежав взглядом по ногам грузного мужчины.

– Там, внизу, – со страданием ответил Жирдо, ткнув пальцем куда-то в ботинок. – Хрустело.

Ощущая на себе взгляды стражей и под вопли мясника, я закатала его штанину и начала осмотр. Странное дело, там, в своем мире, у меня не было и капли магии. А стоило тут очутиться, как незнакомая сила начала струиться по венам, требуя применения. Повезло, что новые возможности и полученный опыт в другом мире пересекались.

– Новые штаны-то, ты сильно не дери! – всхлипнул Жирдо, с тоской глядя на мои труды.

Мне его портки и даром не сдались. А вот посмотреть было на что. Опухшая лодыжка выглядела довольно неприятно. Красно-синяя, она походила скорее на надутый кем-то баллон. Привычно размяв руки, я осторожно прикоснулась к предполагаемому поврежденному участку и приступила к лечению:

– Николетта, – предупреждающе прорычал мясник, но мне до его воплей уже не было дела.

Я уставилась в глаза мужчины, пытаясь таким образом наладить зрительный контакт.

Мысли то и дело пытались свернуть куда-то в сторону.  А все виной мой пустой желудок. Ох, Ника, не надо принюхиваться и вспоминать о том, что не ела с обеда. Не вздумай!

Сила потекла по пальцам туда, где под подушечками ощущались неприятные источники боли. Но постепенно они начали зарастать, а потом и вовсе исчезли. Лицо мясника разгладилось, а мне стало не по себе.