Держись, Академия! или Избранная дракона

К чему такие жертвы? Хотя… Кто знает, как здесь учитывают иномирянок. Может, никакой регистрации прибывших и не проводится. Был человек, и нет его.

– Все в твоей власти, Василиса, – нагло ухмыльнулся Фердинанд.

И вышло это у него так отвратительно, что я не выдержала и скривилась. Но дракон на этом не остановился и сделал еще один шаг в мою сторону.

– Господин ректор, вы меня с кем-то путаете. Я и фейри-то ни разу не видела. А вы хотите, чтобы я у него забрала какое-то кольцо.

– Не какое-то. Велдер носит его на мизинце.

– То есть вы, такой большой и сильный, не в силах отобрать кольцо у какого-то остроухого? – Я заговаривала зубы Грозному. Сама же сделала маленький шажок назад, жалея, что под рукой нет ничего подходящего для обороны. – Получается, это очень опасное задание… Нет, я не буду участвовать в краже.

– Будешь, – дракон недовольно сверкнул глазами. От него не укрылся мой маневр с отходом. Зрачки мужчины снова вытянулись, став вертикальными.

Грозный шагнул в моем направлении и остановился.

– Нет! – категорически возразила я. – У вас же много опытных магов, – не преминула передразнить недавнее выступление самого ректора. – Значит, они с легкостью справятся. А я не могу. Совесть не позволяет совершить преступление в незнакомом мне мире.

Про непонятный страх и всяческие подозрения даже упомянуть не успела.

– Ошибаеш-ш-шься, Князева, – произнес Фердинанд и стремительно приблизился, при этом практически сбив меня с ног и прижав к стене. Да так, что двинуться не было никакой возможности. Разгоряченный злой ректор – это еще то препятствие.

Только в отличие от прошлого раза дракон не вызывал никакого плотского желания. Да, красивый. Да, сильный. Только вредность во мне требовала выхода, а инстинкт самосохранения настаивал временно заткнуться.

– Извините, ректор, но мне несколько неудобно, – напряженно произнесла, чувствуя себя птичкой в очень тесной клетке. А эти «решетки» еще и самодовольно пыхтят, без зазрения совести оглаживая мою ключицу и выше.

Чуть шершавые пальцы, что касались шеи, вызывали мурашки. Дыхание мужчины действовало на нервы.