Возлюби вампира своего

Смотрят на меня шалыми от боли злыми глазами уже спевших свою последнюю песню и готовых умереть ради своего вожака.

Я медленно подняла пистолет, еще медленнее прицелилась. У меня все рассчитано по секундам. Много раз прогуливалась по этой дороге, еле передвигая ноги, чтобы получилась скорость оборотня.

– Раз… два…

Мальчишка ожидаемо ускорился. Уж не знаю, откуда у него на это силы, но я надеялась на это, и он меня не разочаровал.

Мысленно досчитываю мгновения, оставшиеся щенку до встречи со скалой.

Заодно внимательно слежу за стаей. Они уже готовы прыгнуть… Ага! Улитки наивные!

Волки, столкнувшись друг с другом, устроили свалку на том самом месте, где мгновение назад стояла такая доступная добыча. А я, сжав зубы – потому что, гори все ярким пламенем, когда тебя даже на оборотневых скоростях впечатывают в камень, все равно ощутимо неприятно, – в последний миг успела поймать их разогнавшегося вожака.

Он повис на мне и на ножах, умудрившись воткнуть их в скалу возле моих плеч.

Еще живой, с светящимися от адреналина глазами, но расслабленный и вялый, потому что израсходовал и физические, и внутренние ресурсы. Доступный и мало чего понимающий… Просто счастливый оттого, что спас всех. Успел… Справился.

Смешной молодой наивный щенок, попытавшийся заключить сделку с вампиром.

Пока он не умер прямо у меня на руках, успев очухаться напоследок и все испортить, я со всей силы укусила его в вену на шее. Сделала несколько глотков и тут же, прокусив себе палец, заклеймила волчонка своей кровью, проведя ему по губам, а затем по ране.

Серебро внутри него зашипело, отзываясь на мой зов, и маленьким серебряным комочком выпало прямо мне в руку. А щенок чуть не рухнул мне под ноги.

Ну еще бы… Конечно, операция заняла мгновения, но все равно, когда по твоим венам мчится серебряная смерть, а потом твердеет на границе вены и кожи, это адски больно!

– Все, песик, теперь ты моя ручная болонка…

– Сука! – Песик не желал становиться ручным, и я прекрасно его понимала.

Свобода для оборотней ценнее жизни.

– Суки ваши самки. А я – стерва. Редкая. И тебе теперь придется со мной жить, мальчишка.

И твоей стае. Но это я не стала говорить вслух. Он сам все понял по ухмылке, с которой я посмотрела на крутящихся вокруг нас волков. Они тоже почуяли, что таинство связи свершилось, потому что никакого сопротивления не было. Их вожак смиренно принял свою участь, так как даже не понял, что платит свободой за жизнь.