Проклятие мёртвого короля

Призрак, по-моему, пожелал нам всем что-то не очень доброе, но я не уверена. Потому что привычку невнятно бурчать он явно перенял от ходячих трупиков, а приказа послушался и вызвал подсобную рабочую силу в заказанном количестве.

– В нашем мире ни один уважающий себя некромант не будет делать то, что можно поручить зомби, – наставительно объяснил мне брюнет. – Какие там тебе сухостои надо? Ломайте, парни!

Они и отломали. Половину огромного сухого вьюна, занимавшего всю дальнюю стену. Эта масса колючек с послушным треском рухнула нам прямо под ноги, и когда я прочихалась, а пыль осела, оказалось, что зубочистками из шипов можно обеспечить не только одного конкретного патологоанатома, но и парочку ресторанов из Мартошева сундучка.

– М-да… – глубокомысленно заключила я. – Как думаешь, а ремонт они делать умеют? Износился замок немного, а нам тут жить.

Адриан нервно дернул уголком рта:

– Я так понимаю, будет проще или найти недавно умерших строителей, или…

– Потребности искать не вижу, умельцы-зомби есть и здесь, но замок сей чинить не нужно, он сам себя починит весь.

Ага, то есть если не матами по-зомбячьи, то только стихами. Занятный призрак.

– Хороший какой замок, – я примерилась к колючкам и вытащила из кармана кулинарные ножницы для разделки птицы. В кухне нашла. – Экономичный.

Адриан хмыкнул и кивнул пятерке зомбят:

– Давайте под лестницу все это…

А сам исполнил веселое па из местного магического танго: дунул-плюнул-бормотнул. Зато вся пыль с меня, с него, с нашей одежды и с поверженного куста разом испарилась.

Затем ревнитель гигиены поинтересовался у призрака:

– Чинить-то он когда сам себя начнет?

– Когда хозяин постоянный здесь в силу полную войдет! – с достоинством и опять в рифму доложил дворецкий, чем вызвал у брюнета нервный смешок и хватательный рефлекс.

Хватали меня, опять за талию, и опять с целью потискать. Ну и пошептаться.

– Странный он, правда? – вот когда симпатичный мужик нежно целует меня за ушком и по линии волос, мне и странные призраки не помеха.

– Угу… Слушай, я только за нежности, но череп ждет! – “деликатно” напомнила я минут через пять. Или десять. Потому что целоваться очень люблю, но профессиональный долг зовет!

И мы пошли играть в черепок. Глину и сам объект идентификации Мартош сложил в небольшой комнате возле лестницы на второй этаж.