Счастье в нагрузку

И тут же со стороны белокожего обладателя пореза донеслось:

– Вы же с Венги, госпожа, что именно вам непонятно в желании мужчин, воспитанных при Космопорте, сбежать с этой планеты при первой же возможности? Наша госпожа уже второй раз влезает в какие-то неприятности, связанные с контрабандной перевозкой оружия, и если бы у нее обнаружили еще и нас… – этими словами парень явно пытался дать мне понять, как он заботится о своей госпоже. От которой лыжи смазал при первой же возможности, угу. – Но главное, по законам Венги нас не существует, так что нас просто бы распродали… распространили среди любителей экзотики.

Ведь мы не являемся инопланетниками, и ДИС не встанет на нашу защиту. И признавать клонов как полноценных граждан Венги никто не станет, потому что тогда придется признать за людей и сельскохозяйственных…

Я мысленно передернулась, потому что сельскохозяйственные клоны наивнее маленьких детей, за ними постоянный присмотр нужен. И насчет ДИСа все правильно. Это департамент по инопланетным связям, а не по клоновым.

Тут поганец с планшетом снова радостно влез:

– Да, госпожа, мы специально узнавали, прежде чем срываться в неизвестность, есть ли у нас шанс стать законными гражданами на родной планете. В Галлосоюзе нас за деньги могут оформить как братьев… – вот вроде уверенно сказал, но голос дрогнул.

Еще бы… Ключевым в этом всем была сумма денег, которую снимут с этих лохов, и не факт, что документы будут настоящими.

– Так, – я на секунду прикрыла глаза и прикинула варианты.

 – То есть вас устроит, если я довезу вас до первой свободной планеты, высажу в космопорте и улечу по своим делам, забыв, что вообще когда-то видела?

Мой здоровый эгоизм радостно замер, нервно дергая кончиком хвоста от нетерпения: пусть подтвердят, а?! И валят на первой же пересадочной станции хоть в черную дыру, хоть праотцам в задницу. То, что этих наивных придурков разберут на запчасти, когда они еще от трапа далеко отойти не успеют, – не моя проблема.

Ну и естественно, по всемирному закону подлости именно в этот момент по моему эгоизму так вдарили с ноги, что он с мявом отлетел в сторону, плюхнулся в самый темный угол и там обиженно затих.

Малыш, все еще сидевший у меня на руках, вдруг обнял меня за шею и громким шепотом в самое ухо спросил:

– А можно мне ее раскрыть? Я всего одну конфетку съем! Кушать очень хочется, – бесхитростно признался он, и его мягкий детский животик под моей рукой громко заурчал, подтверждая слова своего хозяина.