Потомки мёртвого короля

Я наблюдал за каждым его шагом, а потом мне позволили повторить…

Короче, идея работы через руны мне не понравилась совершенно, но как отличать, по какой схеме происходил контакт мага с магической энергией, я уяснил. Ментальное взаимодействие оставляет больше следов, которые надо уметь за собой подтирать, а руновое требует больше времени и наличия поблизости магического источника. Так что если бы кладбище поднимали через руны, все лимагосы в округе были бы использованы, имеющиеся поблизости слабые маги магически истощены, вся артефника разрядилась…

– То есть ты уверен, что это не заграничный некрос? – упорно переспросил Мартош, как всегда, добиваясь от меня прямого ответа.

– Да, уверен, – отмахнулся я, сдаваясь. Можно было еще поразвлекаться, но времени мало. В любой момент этот психованный или шайка психов нанесут очередной удар, а отдача достанется нам.

Поэтому я быстро пересказал все, что знал сам, все свои соображения, все свои наблюдения, и честно признался, что даже не представляю, зачем этот придурок все это проделывает.

– По террорсхеме он должен был сразу после демонстрации своей силы выставить какие-то требования, – принялся рассуждать Мартош.

Тоже мне, генерал Очевидность… Мы тоже ждали, что чужак объявится с требованиями, чтобы объяснить ему правильный расклад – требовать у государства что-то, минуя нас, очень опасно для здоровья. Разбираться с последствиями придется нам, а не ему. Ему в тот момент будет уже все равно.

– Но если он не в своем уме и просто проверяет свои способности, то следующий удар нанесет по кладбищам Ульганйорда.

– А я поставил бы тысячу, что он поднимет заброшенное захоронение рядом с Дорсенйордом.

Город сам по себе был не крупнее Эльрастйорда, но рядом с ним был Вар Эйгеншуль – родовой замок последнего темного короля. Именно там, если верить легенде, было последнее сражение, закончившееся свержением темной тирании. И именно оттуда короля вместе с двумя старшими сыновьями отвезли в Ульганйорд и сожгли на центральной площади, прямо перед дворцом.

– А я поставил бы тысячу на то, что ты скрыл следы убийства герцога Галавиндорского, – внезапно сменил тему Мартош.