Как пройти в библиотеку?

Факультет только другой, не такой элитный. И обучение на стипендию от завода, то есть заранее место работы на всю оставшуюся жизнь определено.

После окончания должен был впахивать где-нибудь в отделе своего папочки, лет двадцать получая половину зарплаты, чтобы вернуть заводу долг. Обычная жизнь среднестатистического представителя среднего класса. Ну, не считая разведенной матери…

Уф… Но как тогда он умудрился обанкротиться? И почему внезапно разучился настраивать горячую и холодную воду, забыл, где находится утилизатор? Почему он несет какую-то чушь про магию и вокзалы?! Вокзалов у нас уже лет сто как не было… Порталы были.

«Эй, кстати, как там твой отбор поживает?» – прервал мои размышления Эмиль.

«Трое кандидатов осталось, – обрадовала его я. – Морально готовлюсь рассекречиваться и встречаться с победителями».

Глава 9

Вячеслав:

Утром я проснулся от кокетливого перешептывания Евгеники с кем-то через ноутбук.

– Нет, я еще не уверена, что ты достоин меня увидеть. Ты должен радоваться, что я позволила тебе услышать мой голос.

На девчонке были наушники, поэтому ответа на ее пафосную реплику я не узнал. Но так даже забавнее. Я улегся поудобнее, чтобы понаблюдать за ней, пока она меня не заметила. Вчера вечером Евгеника была нормальной, растерянной и немного напуганной. Сейчас это была королевна, блин, какая-то, общающаяся с подданным.

Причем королева-вампир, потому что белки ее серо-голубых глаз настойчиво намекали на то, что кто-то не спал всю ночь.

– Я подумаю. Нет, тем более нет… Я рада, что ты оценил мою фигуру по достоинству.

Как я удержался и не заржал – не знаю. Целую минуту крепился, а то и две, пока Евгеника не попрощалась, такая же пафосно-величественная, и не закрыла ноутбук. После этого мы рассмеялись оба.

– Как ты его… – через смех выдавил я и даже попытался показать ей поднятый вверх большой палец, но вспомнил, что прикован к полу.

– Зануда он, – поделилась она со мной и горестно вздохнула: – Но очень умный, прямо вот идеальный помощник для отца. И симпатичный… Родители его бы одобрили.

– А ты? – уточнил я, потому что в голосе Евгеники никакого энтузиазма не наблюдалось.