А единороги будут?

Ни за что! Но… Надо рассмотреть все варианты спасения утопающих. Спокойно смотреть, как Рикиши превращается в вурдалака я тоже не смогу.

– Конечно, – женщина понимающе хмыкнула и улыбнулась: – Первый раб всегда запоминается, я тебя прекрасно понимаю. Такая ответственность, а ты еще совсем ребенок, – и тут же она перешла с покровительственно–ласкового тона на деловой: – Сонола очень поторопилась. Попозже ты сама себе выберешь мальчика, и мы сделаем его нетопырем. Конечно, к тому времени тебе надо будет достигнуть хотя бы класса L, но ты быстро развиваешься.

– А как же Рикиши?.. – как я ни старалась, в моем голосе все равно прозвучала беспомощность.

– Не переживай, милая, таких как он, у тебя будут еще десятки. Право же, моветон – так убиваться из–за объедков со стола Сонолы. К тому же, и ей он достался не первой свежести. Оставь его здесь – я о нем позабочусь.

– Вы же сказали, что прокормить двух нетопырей сложно, – я не сразу сообразила, что именно Марими подразумевала под «заботой», и наивно поверила в лучшее.

– Милая, ты действительно еще совсем ребенок, – с этаким покровительственным умилением в голосе прозвенела моя «мамулечка». – У него будет вполне красивое окончание жизни, романтичное, – мечтательным голосом продолжила она. – Я его создала. Я его и упокою. Даже позволю напоследок провести со мной ночь.

– Спасибо, леди, обязательно воспользуюсь вашим предложением, но чуть попозже, – быстро оттарабанила я и снова поклонилась: – Можно, я пойду к себе отдохну?

– Не тяни с этим долго, у него от силы неделя, больше нетопырь его уровня на крови мага твоего класса не продержится, даже если выпьет тебя досуха, – успокоила меня Марими напоследок.

И отпустила…

Я быстро шла, потому что бежать было сложно: каблуки, пышные юбки, узкие коридоры… Меня останавливало только это, а не какой–то там местечковый этикет.

Рикиши… От силы неделя… Не отдам никому! Сама упокою, если уж на то пошло! Сама… Он – мой! Мой!

Перед глазами все расплывалось, горло душил очередной спазм.

Я влетела в комнату, где был Рикиши и, ожидаемо, уставилась в спину Соноле, продолжающей развлекаться вырезанием на моем… моем парне!

– Ты мне его подарила, помнишь?!

– Конечно, помню, – стерва презрительно фыркнула, как кошка.