Безмолвная принцесса

Не думал, что верность предполагает сопровождение принцессы в самое жуткое место из возможных. Поэтому, как мой верный слуга, ты должен помочь исполнить долг перед моим другом и вернуть Айлин во дворец как можно скорее.

– Ваш приказ будет исполнен. Позвольте отбыть прямо сейчас.

– Конечно, мой друг. Отправляйся. Используй любые методы и столько людей, сколько тебе потребуется. Только прошу тебя, помни: вернуться Айлин должна в целости. Смотрины совсем скоро, времени заживлять раны не будет. Да и не хотелось бы, чтобы пострадало ее воистину красивое личико.

Ответом ему был молчаливый кивок и удаляющиеся шаги, отзвук которых быстро затерялся в хитрых коридорах, опоясывающих тронный зал. Холан выждал и направился в противоположную сторону. Извилистый путь вывел его в небольшую гостиную, когда-то любимую королем Фиоргом. Здесь они вдвоем проводили много времени, обсуждая государственные дела, а затем, разгоряченные теплом камина и вином из королевских погребов, долго спорили о жизни, воспитании детей, музыке и искусстве.

Даже сейчас здесь все было готово к их беседе: на маленьком столике сверкал хрустальный графин, по обе стороны от столика своих гостей ждали обитые бархатом стулья.

Холан откупорил графин и наполнил бокал. Сделал глоток и ощутил тот вкус, что сопровождал друзей много вечеров подряд. Смородиновый ликер и один из лучших сортов шайнильского игристого вина создавали гармонию, ставшую излюбленным сочетанием Фиорга – напитком «Вальс солнечного равноденствия».

Фиорг называл его одой лету и красоте Шайниля, обожал его, но всегда в шутку ругался на друга, если тот с большим удовольствием начинал с этого напитка утро – как сейчас.

Холан в ответ с таким же завидным упорством напоминал ему, что к дочери следовало бы относиться несколько строже, чем он привык это делать. «Девочке и так досталось, да и сам понимаешь, потом ей быть королевой. Пусть наслаждается отсутствием забот, пока есть такая возможность». Фиорг всегда отвечал одинаково и менял тему.

Чего еще можно было ожидать от любящего отца? Айлин росла подобно редкому заморскому цветку: окруженная любовью, заботой и вниманием. Так было с самого ее рождения, а после случившейся трагедии забота короля лишь усилилась. Казалось, он был готов положить к ножкам в аккуратных туфельках весь мир, все моря и небеса, если бы Айлин об этом попросила. Но она молчала.

Холан никогда этого не принимал и не понимал.