Безмолвная принцесса

Несмотря на снятие проклятия, есть вещи непоколебимые. Это закон. Думаю, вы не будете оспаривать мощь традиции перед тем, кто олицетворяет порядок как перед людьми, так и перед богами.

– Но Ваше Величество, указ также предполагает: если принцесса трижды откажет кандидатам, потому что среди них не найдется того, кого она посчитает достойным стать ее мужем, то она имеет полное право взойти на престол, – робко возразил Младший Советник.

– Да, мой друг. Трижды во всеуслышание народа столицы. Думаю, вы не настолько глупы, чтобы спорить, что это невозможно.

– Как мы сможем найти принцессе достойного жениха в такой короткий срок? – наконец заговорил Сайрус. – В конце концов, мы говорим о том, кому достанется престол.

– Не переживайте, юный лурд, эту заботу я возьму на себя. Вернее, уже взял. Для меня, в отличии от некоторых присутствующих, – Холан покосился на Ламира, – Верховный указ Шайниля не стал сюрпризом. Поэтому я, будучи уверенным в том, что так хотел бы и король Фиорг, осмелился разослать в соседние королевства письма о том, что принцесса Айлин ищет себе супруга.

– По-вашему, это хорошая затея? Допустить к престолу Шайниля правителя, ничего не знающего об этих землях и людях, что живут на них? Ваше Величество, неужели вы не слышите сами себя! Династия Рендаль правит Шайнилем много лет, а трон передается только по наследству. Айлин принадлежит корона и единоличная власть.

– Вам придется смириться с данностью. Я знаю, что лурды Пятого новрета ревностно оберегают покой Шайниля. Но такова воля основателя рода. Если принцесса Айлин, – Холан, царственно сложивший руки на груди, повернулся к принцессе и мягко ей улыбнулся, которую обычно дарят ребенку, но его глаза остались холодными, – не хочет посрамить славное имя своих предков небрежным отношением к законам, ей тоже придется смириться с тем, что произошло и чему суждено случиться. Думаю, королева утешится, занимаясь тем, в чем точно будет хороша.

Под его ногами раздался звон стекла. Айлин, о которой все, казалось, забыли в пылу спора, швырнула к его сапогам и графин, и бокал. Впервые лурды и Советники видели принцессу такой. Она пылала яростью, ее гнев жаркими волнами разливался по всему тронному залу. Внутри себя она кричала от горя, боли и негодования.