Аспирантура, туфельки и…

Мы, аспирантки, живущие в общежитии, стремимся сбежать из родительского дома, чтобы жить своей самостоятельной жизнью, не контролируемой никем. Но ощущение того, что есть родители и дом, в который ты всегда можешь вернуться, помогает и в то же время не дает начать по-настоящему самостоятельную жизнь. Не выпал из гнезда полностью, что называется. Вот и живешь в общежитии или на съемной квартире. Вроде как надеешься, что сможешь создать свое гнездо самостоятельно и в тоже время лелеешь мечту о встрече с принцем, который приползет к тебе как черепаха со своим домом.

Для многих из нас аспирантура – это своеобразное гнездо, где тебя учат летать в большом мире, поддерживают материально, «подкармливают червячками», чтобы ты научился самостоятельно вспорхнуть в науке, которая, как огромная птица, накроет своим крылом.

И роковой день настал…

День аттестации и перевода на второй курс аспирантуры наступил. Все волнуются, а зря, говорят старшекурсники. Все самое страшное будет впереди, когда тебя переведут и дотянут до конца учебы, а уж потом как востребуют с тебя за все три года, так что лучше бы не аттестовали на первом курсе.

Выходит, что первая аттестация всего лишь театр абсурда?

Все аспиранты-первокурсники выглядят как нарядные зрители, которым придется по случаю выйти на сцену и сыграть свою роль. А от того, как ты сыграешь, будет зависеть судьба твоей дальнейшей пьесы.

Мы стоим в коридоре университета перед дверью кабинета проректора по научной работе.

Мне эта дверь знакома, как дверь в царство Снежной королевы. Неужели, только я одна ее боюсь? Все спокойны, уверенно делятся своими отчетными планами друг с другом. Нет. Если присмотреться и прислушаться, то они просто сравнивают себя с другими. И как студент в самый последний момент пытается что-то еще ухватить, так и аспирант выискивает у другого то, чего нет у него. Это все равно, что в той сказке: пойди туда – не знаю куда, принеси то – не знаю что.

– Ой, а мы будем отчитываться перед всеми? – испуганно произнесла аспирантка-минчанка, крупная высокая молодая женщина (ей 30 лет). И мне тут же стало спокойно. Бояться все: и взрослые, и дети. И сразу же в подтверждении своих мыслей я услышала знакомую мне фразу:

– Я больше всего боюсь проректора по научной работе. Говорят, она всех рубит, – призналась все та же пугливая аспирантка, сеющая зерна страха среди и без того нервных аспирантов.