Саша Саша

 – Он привел в дом Сашки своих друзей и позволил своей девушки и ее подружкам у него на глазах издеваться над ней. В жизни не встречала такого урода!

– Послушайте, я не хочу его защищать, но он и правда не видел, что происходит. Парни, кроме Вована, который не играл, вообще не слышали и не видели ничего вокруг. Но он посмотрел видео, которые сняли эти дуры и тут же выкинул всех за борт. Думаю, что и Карине он такого не простит.

– Что? – одновременно удивляемся мы с Асей.

– Ладно, вру, – примирительно поднимает руки Ваня.

 – Скорее всего, простит, ведь она телочка ого-го, – увидев как мы опять синхронно фыркаем, он смеется. – Но бутерброды он мне помогал делать.

Мы одновременно бросаем взгляд на поднос и прыскаем с Асей от смеха. Вместо того, чтобы взять уже нарезанный батон, они сами резали хлеб. Причем не ограничивали себя в размерах! Куски хлеба, как и колбасы с сыром, были просто гигантские.

– Вы что, великанам готовили? – спрашивает Ася, забирая поднос со стола и ставя его на кровать между нами.

 – Но все равно спасибо. Мне еще парни еду в постель не приносили.

– Наслаждайся, Аспирин, это был твой первый и последний раз, – комментирует Ваня, располагаясь на моем стуле лицом к нам и вытягивая ноги.

– Как ты меня назвал? – расркытый макимально широко для бутерброда рот подруги мгновенно захлопывается, а глаза сужаются. – Ты что, забыл, как я тебе дубасила за это прозвище?

– Теперь это вряд ли получится, – довольно ухмыляется Ваня, ни капли не испугавшись. – Тогда ты была весьма жирным ребенком.

А теперь ты мелкая и худая, а я высокий и сильный самец.

– Проверим? – рычит Ася, приподнимаясь на кровати.

Я не успеваю моргнуть, как Ася прыгает на хохочущего Ваню, чуть не пролив мой чай. У нее получается сбить его со стула и повалить на пол. Но тот вскоре оказывается сверху и начинает ее щекотать. Ася боится щекоток до ужаса. И мы, ее друзья детства, это отлично знаем.

Господи, как же хорошо. Мы снова вместе, как раньше.

Саша Г.

Полночи у меня не получается заснуть, из-за дебильных угрызений совести.

Я посмотрел видео, которые снимали девчонки, пока Саша кричала и отбивалась от них. Я заставил удалить эту гадость. Мне было противно. Мне была противна Карина и ее подружки. Возможно, еще полгода назад, я бы равнодушно к этому отнесся, но теперь, пережив столько всего, я острее воспринимаю чужие боль и страдания.

Весь вечер я порывался постучаться к ней и поговорить. Но Ася, как цербер, охраняла свою подругу.