Мой Прекрасный Принц

– Только благодаря тому, что вы потомок этого старинного и уважаемого рода, я согласился принять вас в нашу школу без оплаты. Мы обеспечим вас учебным материалом, общежитием, школьной формой и даже вот этим прекрасным образцом современной технологии.

Ох, а вот за это я могу даже называть типичный интернат для богатеньких пафосно пансионом. Мои глаза горят, а руки нервно подрагивают, когда я тянусь за новеньким,  мега крутым планшетиком из гибкого стекла.

Петр Алексеевич ласково улыбается, видя такой слегка чокнутый восторг, но одергивает мою прелесть подальше от моих загребущих рук.

– Э-э-э! – возмущаюсь я. – Цель всей моей жизни была так близко!

– Несерьёзные у вас цели, – беззлобно журит меня мужчина.– Но для начала я все же хочу убедиться, что вы меня услышали, и что проблем с дисциплиной или учебой у нас с вами не будет.

– Обещаю, – да я готова сейчас пообещать что угодно, черт меня подери.

– Вот и хорошо, – он, наконец, отдает мне мою прелесть, и больше я его не вижу.

Потому что я ничего не вижу.

Это же просто офигеть! Экспериментальные планшетные доски, которых сейчас еще даже нигде в мире не продают!

– Господи, я про такие читала в инете, но даже мечтать не могла, что смогу когда-нибудь их увидеть! – не замечаю, как свои мысли начинаю транслировать вслух.

Да, не удивляйтесь моей одержимости. Потому что я одержима. И влюблена. Я влюблена в эту штуку. Я готова ее целовать и лизать. Я боюсь что-то сделать не так, поэтому, даже пока не осмеливаюсь попробовать ее включить. Я ее верчу, нюхаю и черт, да, я ее тихонько с краюшку лижу. А что, вдруг она какая-нибудь необычная на вкус?

Из моего интима с доской меня отвлекает смешок Нарышкина.

– Если вы закончили признаваться в любви стекляшке, как называют планшеты наши ученики, то прошу вас отправиться на занятия. Расписание и номера кабинетов – все здесь, – он показывает на мою прелесть. – Он уже настроен на ваши биометрические данные. Разберетесь сами или вам показать?

– Разберусь, – быстро отвечаю я, не желая расставаться со стекляшкой ни на секундочку.

– Тогда, фройляйн Марта, не смею вас больше задерживать.