Осторожно, женское фэнтези!

И закончить книгу я планировала свадьбой, а не заниматься дальнейшим трудоустройством героини. Зачем ей работать? У нее отец – лорд, муж будет обеспеченный. Но, видно, тут не принято сидеть у мужа на шее, да и папа-лорд должен кому-то дела передать. По воспоминаниям Элси, он был не очень доволен ее выбором факультета.

– Девочки, только не ссорьтесь, – вмешалась Мэг.

– Мы и не думали, – миролюбиво улыбнулась Сибил. – Да, Элси? Я вообще о себе говорила, – улыбка ее померкла. – О том, что подруги не верят в мой талант! Да, я не получала прежде ролей, но эта стала бы моей! Я же такой образ придумала!

– Какой? – я рассудила, что пусть лучше она поделится идеями с нами, чем сорвется демонстрировать их режиссеру.

– Смотри, – провидица вскочила со стула. – Сначала платье. Черное. Как ночь. Звездная ночь.

– С блестками? – предположила Мэг.

– Ага, – Сибил обрадовалась, что ее задумку поняли, и не заметила скептической ухмылки целительницы. – Потом туфли. Каблук четыре дюйма, чтобы сделать меня повыше.

– Нормального роста, – шепотом уточнила Маргарита.

– Ты же не сможешь в них ходить! – ужаснулась я.

– Смогу, я тренировалась, – заверила провидица. – Но главное – грим и прическа. Прическа высокая. Волосы растрепаны, где-то сбились в колтуны…

– Как у Элси наутро после Осеннего бала, – вставила Мэг.

Вот язва! Я-то полагала, ехидство – прерогатива главных героинь.

– Да, вроде того, – согласилась Сибил. – Лицо думала забелить, на щеки – лиловые румяна, сиреневые тени на веки, и черная помада.

– Да, – сказала я.

– Но не страшно, – добавила целительница. – Я бы воспользовалась учебником по демонологии. Вот там жуть! Крылья, рога, хвосты. Хотя бы вторую пару глаз на лбу нарисовать.

– Не знаю, – протянула я неуверенно. – По-моему, чтобы было страшно, нужно что-то большее, чем лишние органы.

– Что? – заинтересовалась Сибил. – Ты бы чего испугалась?

– Я? Мертвой девочки из теле… зеркала.

– Девочки? – удивилась Мэг, не найдя повода для подначек.

– Девочки, – подтвердила я и продолжила голосом, каким в лагере после отбоя рассказывали страшилки: – Мертвая девочка выходит из зеркала. Белая сорочка, босые ноги с темными прожилками вен. Длинные черные волосы падают на бледное лицо, почти скрывая его, но иногда видны бескровные губы и недобрые, совсем не детские глаза. Девочка идет к тебе.