Если ты позовешь…

– Неужели? И что же за план родился в этих двух хорошеньких головках? Позволь предположить: обмануть всех и сыграть свадьбу с этим бароном де Руэлем? А потом заявиться к Лекавалье и сообщить ему радостную весть? О том, что его невеста сбежала под венец с другим? Да знаешь ли ты, глупая девчонка, что значит нарушить данное обещание! Да и данное кому – самому герцогу и его семье! Он вхож к королю! Да-да, не смотри на меня так. К самому Людовику шестнадцатому, если ты еще не забыла, кому мы в этой стране обязаны всем! А это значит, что одно слово брата – и мы лишимся всего.

– Не совсем так.

– И как же?

– Папа, неужели ты думаешь, что мы могли бы так запятнать честь семьи? Чтобы Амандин явилась в поместье Лекавалье замужней дамой.

– А ты предлагаешь вообще ничего не говорить ему? Чтобы он вечно ждал свою невесту, – граф ехидно усмехнулся, – а она все не едет и не едет. Уж и старость началась. Неужели ты думаешь, что он не явится сюда уже спустя неделю?! Или не пришлет кого-нибудь.

– А с чего ты взял, что невеста туда не приедет? Она там будет.

– А ты думаешь, Амандин будет позволено иметь двух мужей одновременно? Это по какому же закону?! – граф опять вспыхнул. – Такое не разрешено даже королеве! Или твоя обожаемая сестра собирается завтра же развестись с бароном де Руэль? Решили, что маркиз Лекавалье не согласиться на брак с девушкой, уже побывавшей замужем, и сам откажется от нее?

Тут отец так подозрительно посмотрел на Сандрин, что она решила немедленно прояснить ситуацию.

– Папа, послушай меня, ничего такого не будет – ни развода, ни двух мужей. Скажи мне, что ты точно обещал этому таинственному жениху?

– Какое это имеет значение?

– Папа, вспомни, пожалуйста, – настойчиво проговорила Сандрин.

– Я уже говорил тебе об этом.

– Я помню. И хочу, чтобы ты произнес это еще раз.

Отец задумчиво посмотрел на свою старшую дочь и медленно произнес.

– Я сказал, что согласен выдать за него замуж свою дочь.

– А ты уточнил, какую дочь – старшую или младшую? Называл имя?

– Нет… но это было и так понятно! Ты же училась.

– Ничего, скажу, что изменила прическу, надела новое платье, – придумаю что-нибудь.

– Что за глупости!

– Ничего не глупости.