Истории гранитной мастерской

Истории гранитной мастерской

Ирина Сергеевна Тарасенко

Мистические истории, вымышленные и правдивые, об обитателях кладбища и тех, кто работает рядом с ним.

Аномальная зона

История эта случилась с моими знакомыми.

Дело было в середине лета. Две семейные пары, дружившие и работавшие вместе много лет, решили съездить куда-нибудь на пару дней отдохнуть. Взяли палатку, мангал и все, что к этому обычно прилагается, и отправились посидеть ночью на дикой природе.

Вы спросите, откуда под Москвой дикая природа? Это надо километров 300-400 отъехать, да и то не найдешь.

Однако, будете не правы. Говорят, и в Подмосковье встречаются глухие леса, никто туда почему-то не ходит, ни одной тропинки не протоптано. Живность в них не водится, не поют птицы, не растут цветы и даже кусты почти не встречаются. В остальном, они ничем особенным не выделяются. Живущие рядом люди, знают о них, но ничего не рассказывают. Может, опасаются, чего?

Вот в такое странное место случайно занесло моих знакомых.

Машины они оставили в деревне, а сами, взяв поклажу, отправились в зеленеющий в отдалении лесок.

Довольно прилично углубившись, нашли полянку и приступили к разбивке лагеря. С палаткой и разведением костра возились долго– умелых и опытных в этой компании не было. Закончили, когда стемнело. Наконец-то расположились вокруг костра, мужчины достали коньяк, их спутницы потеплевшее шампанское. Шашлык было решено готовить чуть позже.

Тихо было вокруг, ни малейшего дуновения ветерка, ни единого звука.

Подозрительно тихо, как в пустой закрытой комнате. Лишь потрескивание дров раздавалось громче обычного, а собственные голоса звучали слишком гулко. Лес казался напряженным. Постепенно напряглись и люди. Ими стала овладевать беспричинная тревога. Шампанское вдруг показалось неуместным. Но напитки все равно сделали свое дело, и народ расслабился. Уже, как обычно, обсуждали любимые рабочие темы, смеялись и сплетничали.

Сидели долго, выпили немного, а мысли стали путаться у всех почти одновременно.

Это они выяснили много позже, уже оказавшись дома.

Одна из женщин, глядя на подругу, сидевшую напротив через костер, с ужасом увидела в чертах ее лица образ своего отца, умершего много лет назад. Стало не по себе. Голоса мужчин, ведущих разговор, она уже едва различала, а вместо них явственно прозвучал неторопливый и глуховатый голос. Он настойчиво повторял один единственный вопрос: – «Где обещанный памятник?».