Змеиный Зуб

– Тогда найдите хоть что-нибудь, чтобы он пришёл в сознание! – рявкнул Рудольф врачам и адъютанту, без того взмыленному. Те ринулись из палаты врассыпную, но Валь посмотрела на баронета печально и покачала головой.

– Это даже не даст вам никакой информации, сэр Рудольф. Из-за удушья он не сможет ответить на ваши вопросы.

– Но он должен был видеть того, кто вмазал ему по лицу, – прошипел Рудольф и утёр потный лоб платком. – Того, кто, вместо того чтобы свернуть ему шею, оставил его медленно умирать от холода и яда!

Пальцы Валь тоже невольно похолодели, но она видела, что Рудольф куда сильнее вложился в это расследование, и сейчас он в исступлении.

– Вы сами знаете, что просто убийство – это не по-нашему. Когда хотят что-то сказать, убивают змеиным ядом. Оставляя вот так, чтобы нашли уже тогда, когда станет поздно. И это очень ясное послание.

«Моему дяде, если я не ошибаюсь», – мрачно подумала Валь. Убийство домашнего слуги – это, можно сказать, последнее предупреждение перед переходом на саму семью.

Но она сейчас Моррва. Все знают, что она не ладит с Беласком!

А этот купец…

И этот коралловый аспид…

– Он успел сказать хоть что-то? – спросила Валь, не отрывая глаз от дворецкого. Тот уже не пытался бороться и паниковать, просто вздрагивал и сипел, отдавая последние силы на попытки дышать.

– Успел, но уже в бреду, – пробормотал Рудольф. – Он кричал, что не предавал клятв, и что… Так, Валь, – и он поднял на неё глаза, а затем снял её руку со своего плеча.

Один из врачей мелькнул в коридоре, но стало ясно, что он просто изображает деятельность. Он тоже понимал, что данное ему поручение было озвучено на эмоциях.

– Рудольф, – совсем тихо сказала Валь и взглянула ему в лихорадочно блестящие глаза.

– Есть. Только он живее всех живых, и явно не на пенсии, – так же, вполголоса, промолвил Рудольф. – Наверное, она умудрилась их развести.

– Она так сказала?

– Нет, она же не в себе. Она ничего толкового не ответила. Однако её змей совсем не похож на возрастного, как ты говорила. Я всё же могу отличить молодого аспида от едва ползающего старика.