Фуга. Горсть вишневых косточек

Дед мрачно покосился на него, словно раздумывая, стоит ли ответить, но все же пробурчал:

– Мезембриантимум. Известен также, как хрустальная ромашка. Мерзавец неприхотлив, но я ему не нравлюсь – взошел у меня лишь на третий год.

Тонкостволые орхидеи пестрели в центре теплицы, тут же садовые бегонии приветливо распушили свои красные листья. Тюльпаны пробуждались ото сна. На земле под столом, в деревянном дырчатом ящике клубни-луковицы выжидали погоды.

– Сегодня надо рассадить карликовые розы, – дед указал на пустые кадки у двери, – придется натаскать добротной земли из бочки, так что навостри мне рогульку.

– Не переживай дед, я притащу земли.

– Навостри рогульку. Навостри…

– Ты же будешь полдня возиться!

– Земля заиндевела, зубами грызть ее прикажешь!

– Хорошо, я навострю твою рогульку, только не кипятись, – Сашка взял инструмент и вышел из теплицы.

– Какой маленький росток. А так и тянется к солнцу, хоть стебелек тонок и лепестки желтоваты, – улыбнулась Регина, приглядываясь к горшочку с круглолистными цветами.

– Который? – внучка указала на горшок. Леопольд выдернул цветок и бросил под колеса кресла.

– Какой ты безжалостный, дед! – вскрикнула Регина.

– Да что ты знаешь о жалости! – дед рванул коляску, чтоб отдалиться от нее. Некоторое время он обиженно тряс губами, потом кивнул на дверь, за которой скрылся Сашка.

– Вздумала замуж за Исусика?

– Не язви.

– Он не больно-то хорош собой или у тебя с глазами беда? – дед внимательно следил, куда может привести его подтрунивание.

– Вот я и не хотела говорить, чтоб ты не обсмеял.

Но дед все донимал:

– Рожа щербатая, да сплошь мосол.

Вернулся Сашка и протянул Леопольду рогульку. Тот удовлетворенно покатил к бочке. Регина покачала головой и тихо, чтоб дед не слышал, проговорила:

– Папа не любит рассказывать про аварию, где они разбились, но именно после нее дед стал вовсе несносный. Он тогда сильно изранился и чуть не умер, остался инвалидом.

– Я слышал, Марк спас ему жизнь?

Регина кивнула:

– Оказал первую помощь. Папа сам только чудом спасся, почти не пострадал.

– А дед Всеволод?

– Дедушка погиб.

Сашка нахмурился:

– За рулем был…?

Регина скосила глаза в сторону бочки с плодородной землей.

– Трудно вам пришлось.

– Дед всегда был тяжелым человеком, но папа считает, что тогда он сильно побился головой и стал совсем неуправляем.