Книга царей

– Что, сидит на диване и раскачивается из стороны в сторону?

– Нет. Ходит из угла в угол, при этом хлещет по ноге папкой.

– Если так, пусть заходит.

Войдя, Гладышев увидел Глеба и подмигнул ему, на что тот ответил взглядом мрачнее тучи.

– Проходи, присаживайся, – показав глазами на стул, произнес Мостовой. – Случилось что?

– Есть новости по делу Мытника.

– Надо же, – пожав плечами, полковник боковым зрением глянул на криминалиста. – Прямо день открытий какой-то. Сначала Кораблев, сообщает новость, от которой не знаешь, то ли хохотать, то ли плакать.

Мостовой хотел было сказать – «ну, давай, выкладывай», подумав, произнес:

– Знаешь, прежде чем начнешь удивлять, я хотел бы, чтобы ты ознакомился с этим.

– Что это? – принимая из рук начальника отдела листок с текстом, спросил Антон.

– Заключение экспертов.

По мере того, как Гладышев вникал в суть написанного, возгоралось любопытство в глазах Мостового и Кораблева. Невооруженным глазом на лицах и того, и другого виден был интерес к его реакции.

Гладышев отреагировал со свойственной ему простотой.

– Это что, розыгрыш?

– Какой розыгрыш? – возмутился Кораблев. – Факт.

– Факт?

Округлив глаза, Гладышев перевел взгляд на полковника.

– Я ни причем, – поспешил перевести стрелки на криминалиста Мостовой.

– Но…

– Мы полночи потратили на то, чтобы убедиться, – не дал договорить Антону Кораблев. – И даже когда убедились, сомнений было столько, что не дай бог.

– А сейчас? – попытался поймать на слове криминалиста Гладышев.

– Что сейчас?

– Сейчас сомнения гложут?

– Сейчас нет. Исходный материал обрел форму закона – есть и печать, и подпись.

Мостовой и Гладышев переглянулись.

– Что будем делать? – спросил Антон.

Запрокинув руки за голову, Мостовой расправил плечи и сделал вид, что впал в состояние размышления.

– Работать. Менять версию. Раскручивать…

– Двух киллерш?

– А ты предлагаешь работать над тем, что заведет в тупик?

– Идти параллельным курсом.

– Не понял.

– Идти по избранному направлению. Когда упремся, поменяем курс.

– И как ты себе это представляешь?

– Не знаю.

– Не знаешь, а говоришь.

Послушав со стороны, можно было подумать, что разговор зашел в тупик.

По поводу умерших надежд должна была возникнуть минута молчания. И та уже витала в воздухе, как вдруг в момент наивысшего напряжения Кораблев, выйдя из-за стола, произнес:

– Я пойду, товарищ полковник. Заключение у вас. Отчет пришлю позже.