Книга царей

Та заставляла его метаться в поисках выхода, отчего все, что творилось в голове, было похоже на мысли припертого к стене человека.

«Заколдованный круг! Тайная книга, секретная келья, монастырь. Где все это?»

В память врезались слова профессорши по поводу неизвестного храма для строительства кельи. Это напомнило Мостовому о том, что он расследует убийство, а не ищет «Книгу», которой, возможно, никогда и не было.

– Скажите, а эти ваши историки и вправду проверили все храмы? – произнес Федор Николаевич в надежде получить обнадеживающий ответ.

– Что вы имеете в виду? – Переспросив, Вера Сергеевна глянула на Мостового так, словно тот говорил на незнакомом ей языке.

– Что митрополит отказался от идеи устраивать тайник в храме или в монастыре.

Вера Сергеевна задумалась.

– Поначалу я тоже так полагала. Если митрополит решил взять ответственность за строительство на себя, он должен был выбрать место поблизости от Успенского собора. На момент правления Грозного тот являлся самым почитаемым.

Но, поразмыслив, я поняла – такого допустить Филипп не мог. Строить на виду у всех глупо. Искать следовало там, где Филипп

чувствовал себя как дома, чтобы было как можно меньше глаз. Местом таким мог быть Соловецкий монастырь.

– Но от Белого моря до Москвы тысяча километров.

– И что? Для людей такого ранга как митрополит расстояние не преграда. В Соловцах Филиппа боготворили.

– Хорошо. Пусть будут Соловцы, – вынужден был согласиться Мостовой. – По большому счету все равно, откуда и куда переехал Филипп.

Главное – «Книга».

– В Соловцах нас не только не подпустили к архиву, но даже не приняли прошение о предоставлении возможность изучить документы. Епископ, в чьем подчинении находится монастырь, так и сказал: «Церковь отделена от государства, потому вправе решать, стоит ворошить старое или оставить все, как есть».

– И вы решили обратиться в вышестоящие органы?

– Да. Ответ звучал приблизительно так: «Архивы изучены. Ничего нового, что могло бы заинтересовать историков, не найдено.

Возвращаться к прошлому, не видим необходимости. В случае повторного обращения прошение должно выглядеть более обоснованным – с точным перечислением видов документов, целей их изучения, периода издания.

– Понятно.

По тому, как произнес ненавистное ему слово Мостовой, стало ясно – разговор закончен. Стена вопросов осталось неприступной. И это несмотря на то, что информации было получено предостаточно.