Тени крылатых богов

Огонек свечи отражался в них, и казалось, глаза мерцают каким-то внутренним светом.

– А мы похожи, – тихо сказал мужчина, глядя на нее так упорно, что она опустила глаза в смятении. Ее взгляд задержался на его руках, форме которых позавидовала бы любая женщина. Но никакой изнеженности в нем не чувствовалось. Это были мужские сильные руки. Жанна уже хотела встать, как вдруг Филипп сам отодвинулся.

– Жанна, – сказал он спокойным голосом. – Я бы хотел встретиться с вами вновь. Приходите в клуб, я всегда тут по вечерам.

Но она уже пришла в себя и только недоумевала в душе, почему сидела здесь так долго.

– К сожалению, у меня нет свободного времени, очень много работы. Спасибо за чай, – сухо сказала она, вставая.

Филипп вежливо наклонил голову.

– Понимаю. Жаль. Был рад нашему знакомству.

Жанна достала из сумки шпильку, протянула ему.

– Оставьте ее себе. Этот божок приносит удачу, – сказал Филипп и улыбнулся ей.

Она молча пошла к двери, чувствуя, что он смотрит ей вслед.

«Жанна Миронкина, поздравляю, вы – редкостная дура!» – это было единственным, что она думала по дороге домой. И пожалуй, еще одно: «Не такой уж он изысканно-вежливый, как оказалось. Не сделал даже шага, чтобы проводить до выхода. Барин. Настоящий барчук с прислугой».

4

Близился конец ноября, снег сменялся дождем, и вся неделя была промозглой. Жанна валилась с ног на работе. Вечерами дома ее поджидал Кот. Ни на какие другие клички Кот не реагировал. Хозяева его так и не объявились.

Вообще, это был очень странный кот. Он все время пребывал в отличном настроении. Когда Жанна заставала его качающимся на шторах – Кот весело улепетывал от свернутой газеты, не выказывая обиды. Был удивительно молчалив, практически не мяукал.

Услышав шаги на лестничной клетке, опрометью мчался к двери. При любом шуме за окном – мигом запрыгивал на подоконник. Расплющивая морду о стекло, жадно рассматривал улицу. В питании был неприхотлив и всеяден. Мог с аппетитом жевать капустный лист из остатков борща.

К новой хозяйке Кот относился с добродушной иронией. Только эта ироничность роднила его с кошачьим племенем. В остальном Кот был совершенной собакой. Сосед Петрович предлагал назвать его Шариком. Или Мухтаром. Кот Мухтар – звучало впечатляюще, но Жанна не решилась.

Как ни странно, Кот пока ничего не разбил в квартире, цветы в горшках оставались невредимыми. И в целом, совместное житье было сносным.