Мертвые кости, живая душа

Немного, едва заметно – но их маленькие движения рождали волны и рябь на неровной поверхности.

– Святой Лиисо! Святой Лиисо! – Мойра кинулась к нему, пока он не начал спускаться по склону, и схватила его за край мантии. – Они что, правда… не совсем мертвые? Они, что, как Святые?

Лиисо остановился, помедлил, потом снова опустился на одно колено и написал:

“Они умерли, но остаются в воле Императора и ждут его зова на последний бой в день, когда мир подойдет к концу. Не бойся их, дитя, но и не тревожь понапрасну.

Это было не совсем тем ответом, который Мойра хотела бы получить, потому что из слов Святого она не поняла толком ничего. Но больше он ничего объяснять не собирался – встал и продолжил свой неспешный путь, и девушке пришлось последовать за ним, чтобы поддерживать его и не давать упасть, споткнувшись о какую-нибудь кочку, камень или сухой лог.

Может быть, Диона сможет что-то рассказать, если спросить правильно? Или вообще… что, если просто прийти к Герцогу и спросить? Или позвать гостя в зазеркальном пространстве и задать вопрос и вовсе ему? Что тогда будет? Ей ответят? Ее казнят?.

Олух, всей своей сутью излучая недовольство и негодование, шел следом, и все ж таки остановил ее снова, когда Мойра собралась было вместе со Святым Лиисо наступить на первый край прибоя костяного моря.

“Погляди, они все целые. Все готовы подняться в любой момент. Я не смогу защитить тебя от стольких.”

– Я верю Святому, что они не причинят мне вреда, – помедлив, ответила Мойра.

“Я, наверное, какой-то другой Святой”, – ответил Олух. – “Другого зова.”

Что же ты такое? – хотела спросить Мойра, но не могла, потому что знала, что ответа снова не получит. И то, что сказал про Олуха Герцог, тревожило ее теперь все больше: что, может быть, она сама и создала его, вот такого. Святого … имени себя? Не имени Святой Земли и Императора?.

Это была страшная мысль.

Святой Лиисо тем временем ступил на костяной простор и стал двигаться еще медленней, потому что никакой ровной земли тут не было – сплошные чужие кости. Мойра, встряхнувшись, заспешила к нему, запрещая себе думать о том, чего касаются ее ноги. Она догнала Святого, взяла его под руку, как они проходили самые трудные места раньше, и пошла с ним в ногу, позволяя Олуху следовать сзади и с другой стороны.