Мне нельзя тебя любить

И успешно занимался, кстати. Последняя фотография Тамерлана была сделана на награждении. На парня надевали золотую медаль, а он светился, как начищенный самовар. Подпись короткая, но ёмкая. "Кубок Европы. Done".

Я снова взглянула на букет и прикусила губу, пытаясь объяснить себе, почему ощущения изменились. Одно дело возмущаться наглостью племянника Ужаха Одуева. Мол, что, думаешь, раз у тебя такой дядя, так можешь выпендриваться? И совсем другое – ныть из-за прямолинейности крутого спортсмена. Чемпиона, мать его, Европы! Такие медали не раздают за красивые глазки или крутую родословную.

Только за тяжкий труд и талант.

Будто в подтверждение моих мыслей, объявился Тамик.

"Отвлёкся на пробежку, но теперь я весь твой, – писал он как ни в чём не бывало. – Ссылка битая. Могу подъехать. Расскажешь, что там за значение слова, лично".

Необычные ощущения как рукой сняло, я снова возмущённо уставилась в экран телефона.

"Я твоим репетитором не нанималась".

"Точно, я забыл! – он прислал смеющийся стикер.

 – Мы же договорились о взаимности во всём. Тогда так, цветы в счёт оплаты десяти минут репетиторства, раз уж мне нужно подтянуть русский язык. А вторую порцию пельменей я готов обменять на ужин в ресторане. Как тебе?"

С русским у Тамика всё было прекрасно. Запятые на своих местах, сдвоенные гласные не пропущены, рода он не путал. Даже обидно как-то.

Я мысленно прикинула стоимость букета. Тысяч десять, не меньше. Есть ли вообще репетиторы, которые берут за минуту работы тысячу рублей? Розенталь, будь он жив, и тот не был бы настолько дорогостоящим специалистом.

"Отказ не принимается, – добавил Одуев, когда пауза затянулась. – Заеду за тобой после пар".

Я даже не удивилась. Кажется, другой манеры общения у Тамерлана просто не было. И он давал это понять на берегу. Человек из категории "принимай меня таким, как есть. И успокоительное".

"Не рановато для ужина?"

"Потом у меня тренировка, – пояснил он. – Могу только перед ней или поздно ночью.

Но вряд ли ты уже согласна ехать ко мне домой и готовить свои пельмени на моей кухне".

Я фыркнула. Тамик не сомневался, что я буду согласна мчать к нему ночью, чтобы радостно кулинарничать. Для него это было вопросом времени. Что ж, тем неприятнее будет разочаровываться.

"Прости, но у меня другие планы на завтрашний вечер", – честно ответила я и выключила интернет на телефоне, чтобы не продолжать переписку.

Вот так! А то отказы, видишь ли, не принимаются.