Посольская школа. Невеста Сокола

Никто больше не плакал, но сам Невил готов был взорваться. Вот от кого разило страхом и болью.

– Невил, – позвала я его, усаживаясь на пол так, чтобы наши глаза оказались почти вровень. – А почему ты такой кислый? Что случилось? Расскажи, пожалуйста, я не знаю.

Да, маленькая ложь от меня и возможность для мальчика озвучить свою версию. В любом конфликте важно выслушать обе стороны, хоть взрослые в нём участвовали, хоть дети.

– Ничего, – буркнул он и крепче вцепился в подушки.

Так, запахло горьким шоколадом.

– Ты что-то сломал или разбил? Ничего страшно, всё можно починить. Это всего лишь вещи, Невил.

– А люди? – спросил он, не поднимая взгляд. – Их тоже можно починить?

Бездна, вот это вопрос! Особенно от маленького мага со спонтанными проявлениями дара.

– Конечно, можно, – ответила я, сглотнув слюну. – В клане есть лекарь. Мы откроем портал и позовём его. Лишь бы не было слишком поздно. Скажи, ты нечаянно кого-то ударил?

– Нет, – пискнул он из-под подушек и сжался в комок.

– С Эмиром всё в порядке, – напомнила я. – Он испугался и потому закричал. Малыши долго привыкают к другим детям.

– Нет, ему было больно, – гора подушек пошевелилась. – Из-за меня. Не говорите матери, лина.

Ещё не лучше. Лея была в курсе опасных выбросов магии и ничего нам не сказала. Хотя нет, что-то такое пробурчала. “Сами с ним возитесь, если хочется”. Проклятье, я ни разу не сталкивалась с такими детьми! Тут нужен опытный боевик с полным набором поисковых артефактов. Неизвестно, чем Невил “бьёт” окружающих. Как защищаться от него, и, главное, как его самого защитить? От испуга, стыда и острого чувства вины он начнёт давить выбросы, чем доведёт себя до катастрофического состояния.

– Тебя никто не будет ругать, – пообещала я. – Мы же в школе, здесь как раз и учат обращаться с магическим даром. У тебя будет наставник. Магию можно приручить, поверь. Она больше никому не причинит вреда.

– Правда? – после робкого вопроса над стеной из подушек появилась сначала кудрявая макушка, а потом большие глаза.

– Клянусь, – я поцеловала два сложенных вместе пальца.

На этот раз почти не соврала.