Посольская школа-2. Душа Сокола

 – Физически Сокол здоров, а в ментальной магии я смыслю мало.

“Тогда зачем полезла в неё?” – хотела спросить я.

Винить Бояну было легче, чем думать, что это я предложила вылечить лучшего убийцу клана сомнительным зельем. Если он станет таким же, как Доротея, ответственность за его болезнь будет на мне.

– Тогда пусть останется в моей спальне, – я стянула с Сокола ботинки и отошла в сторону. Что делать дальше? Отец никогда не напивался до беспамятства, я понятия не имела, как вести себя в похожих ситуациях. – Нести его в общежитие через всю школу и двор слишком опасно.

– Как скажете, – не стала спорить она. – Мне нужно посоветоваться с Этаном. Возможно, он разберётся, что случилось. Если Соколу станет хуже, не медлите ни секунды. Пусть кто-нибудь из воинов передаст сообщение через зеркало. Мы сразу откроем портал.

Бояна ещё раз проверила пациента, записала что-то в блокнот, строго настрого запретила заниматься самолечением, а потом ушла, оставив нас одних.

– В камзоле лежать, наверное, неудобно? – спросила, глядя на жениха.

Сердце кровью обливалось смотреть на него в таком состоянии. Ни жив, ни мёртв. Бледный, пустой. Где ехидная улыбка? Где хитрый прищур голубых глаз? Пусть лучше язвит направо и налево, чем молчит, уткнувшись в подушку.

Я присела на край кровати и попыталась перевернуть Сокола на спину, чтобы расстегнуть пуговицы чёрной клановой формы.

– На диету тебя посадить бы, – кряхтела, пока боролась с мужским телом.

– Мне нельзя, – проворчал он. – Мышцы потеряю.

– Ничего, всё хорошо, – я украдкой выдохнула. Если говорит, значит, жив. – Сейчас я тебя нормально уложу. Поможешь? Надо приподняться, чтобы рубашку снять.

– Какая забота, – слабым голосом ответил жених и перевернулся. От такого простого движения весь взмок. – Стоило раньше выпить зелье Бояны, чтобы её почувствовать. Я прощён за твой прошлый визит в мою спальню?

– О чём ты думаешь? – я закатила глаза. Обида отошла на десятый план из-за страха за него.

– Да, – ответил он, помогая мне выпутывать свои руки из рукавов. Почему клановые мастерицы шьют такие узкие рубашки? Ткань проще разрезать, чем снять. – Ещё я плохо соображаю. И спать хочу. Неприлично, наверное, оставаться у тебя…

– Не дай предки, старейшины узнают, – шутливо возмутилась я. – Тогда на Совете тебе точно не избежать самого сурового приговора. Выдыхайте, лин Сокол.