Вэй Аймин. Книга 2

В поле на границе был выставлен шатер и там Юй дзяндзюн, Ти дзяндзюн, два ченсиана с двух сторон, министры, ряд чиновников и евнухи, прибывшие в качестве гарантов и, наконец, подготовившие указ, заключили соглашение о мире между Шань и Цин.

Шилан, сопровождавший Юй дзяндзюна с дувеями и охраной, остановился неподалеку, на пригорке, разглядывал свиту Ти дзяндзюна. Те, так же, недалеко от шатра, верхом на лошадях, ожидали окончания переговоров и подписания договора.

Один из шаньцев, вглядываясь в лица цинцев, пытался угадать, кто есть кто, перечислял тех, кого знал по описаниям.

– Тот молодой парень, – остановился он на всаднике, гордо восседающем на коне, – скорее всего сын давана Цин. Илань… говорят он был заложником в Вэй почти семь лет. Сбежал во время эпидемии…

– Эпидемии… – усмехнулся один из дувеев, – все уже давно знают, что это была за эпидемия. Пожалуй, только сами вэйцы до сих пор в неведении… эпидемия, – он хмыкнул, – уж очень выборочная была та эпидемия… только тех, кто был неугоден нынешней вдовствующей ванхоу она и унесла.

Мужчины громко заржали.

Полы шатра откинулись и из него вышли Ти дзяндзюн и цинци, следовавшие за своим дзяндзюном. Следом вышел один из шаньцев, позвал в шатер Шилана. Шилан спешился, кинул поводья хэйдзявею, заглянул в шатер. Юй дзяндзюн поманил его рукой. Войдя в шатер Шилан поклонился и поприветствовал ченсиана и присутствующих.

– Отправляйся в Аньян, – сказал ему Юй дзяндзюн, – передай давану доклад, что переговоры прошли успешно.

– Слушаюсь, – кивнул Шилан.

– Циванзы, – заговорил ченсиан, подошедший и, как бы невзначай, заговоривший с Шиланом, – вот уж действительно говорят: только на свежем воздухе военных лагерей и пройдя военную муштру, мужчина становится мужчиной. Циванзы… вам уже… сколько в этом…?

– Шестнадцать, – ответил Шилан, поклонившись.

– О! – ченсиан покачал головой, – всего-то… а я бы и не подумал. Выглядите вы как взрослый мужчина.

– Да, – кивнул Юй дзяндзюн, – Шилан и тут многим…

Он остановился, вспомнив, что лучше не сообщать излишнюю информацию о состоянии дел в лагере. Лишний раз упоминать о том, что в лагере есть женщины.