Полёт фантазии

– Какбыдруг.

Он возмущенно фыркнул:

– Какой же это друг, если он позволил тебе голодать!

Я грудью встала на защиту Алика:

– Он дважды приглашал в кафе, но мне было некогда, и я попросила не приставать ко

мне до понедельника.

Потом рассказала Максу о звонке Натальи Васильевны. Ему эта история с двумя анонимами очень не понравилась. Обед подходил к концу.

– Чего бы такого заказать, чтобы поставить жирную точку? – спросил он.

– Давай закажем мороженое и поставим восклицательный знак, – предложила я.

Мы так и сделали.

Макс довез меня до дома и проводил до самой двери, но попытки войти в квартиру не сделал. Мне было легко, светло и приятно. Я осадила себя. Каждый раз, когда я начинала чувствовать себя счастливой и расслаблялась, тут же больно шлепалась о землю. Кто знает, объявится ли Макс после сегодняшних разговоров. Никакой уверенности в этом у меня не было.

Отбросив посторонние мысли, я приступила к финальной части рассказа.

Хозяин пытается вычислить Шантажиста.

В поле зрения попадают официант, который обслуживал отдельные кабинеты, и швейцар. Он устанавливает за ними слежку и узнает, что у швейцара темное прошлое, а официант замешан в квартирных кражах. Вскоре ему становится не до них.

Нотариуса приперли к стенке с помощью документов, которые он не успел уничтожить. Его обвиняют в незаконном присвоении квартир одиноких пожилых людей, которые бесследно исчезали после совершения сделки. Хозяин не надеется на молчание своего сообщника и пытается его отравить, но гибнет его секретарша – преданная Нотариусу немолодая женщина.

Тот понимает, чьих рук дело, и, опасаясь за свою жизнь, сдает Хозяина.

Того арестовывают прямо в ресторане. Когда его в наручниках ведут к выходу, он замечает ухмылку швейцара и понимает, что именно он – Шантажист.

– Я тебя и из тюрьмы достану, – шепчет он.

Сопровождающие его оперативники слышат это.

Перечитывать написанное сил не было. Я рухнула, как подкошенная. На сон оставалось не больше трех часов.

Я с трудом выдержала следующий день. Все валилось из рук. Никаких мыслей и чувств я не испытывала. Мне хотелось спать. Алик появился вовремя, и я упала на сиденье с желанием тут же уснуть, но он не дал мне этого сделать, то и дело задавая какие-то вопросы.

В редакции меня встретили, как свою.

– Женечка! Представляете, что у нас случилось! Ночью к нам влезли воры, и все

перевернули вверх дном.

Я осмотрелась и особых перемен не заметила.