Полёт фантазии

– Ну, Женька, ты даешь! То вся в черном, то вся в белом!

– Ничего, больше удивляться не придется, – успокоила я его. – Других туалетов у меня

нет.

На мне был старый пуховик, который благодаря новой стиральной машине сиял белизной, белые сапожки без каблуков и белый суконный берет. Я знала, что все это мне очень идет.

– Куда едем?

– На Галерную.

Я сидела, погруженная в себя и свои переживания. Через несколько минут Алик не

выдержал:

– А зачем?

– Пожалуйста, ни о чем не спрашивай.

– Будет, будет, – заверил он.

То, что происходило в редакции, я помню смутно. Я подписала какие-то бумаги.

Сказали, что рассказ немного сократили и подредактировали. Пообещали выплатить гонорар в размере двух тысяч. Я не знала, много это или мало, но была всем довольна. Только одна фраза прочно врезалась в мою память: «Если еще что-нибудь напишите в этом духе, приносите».

– Напишу, конечно же, напишу, – думала я.

Я выскочила из редакции в невменяемом состоянии.

– Ты, что, в бане была? – спросил Алик. – Вся какая-то взмыленная.

– Нет, – ответила я и рухнула на сиденье.

Алика переполняло любопытство.

– Ты куда-то уезжаешь?

– Нет. С чего ты взял?

– Я видел вывеску турфирмы.

– Там много всяких вывесок, – неопределенно ответила я.

Мы отправились в обратный путь, а он все не унимался:

– Это касается твоего Какбымужа? – он произнес слитно, как имя.

– Нет, совсем не касается.

– А как он, вообще?

– Кто?

– Какбымуж.

– Мой Какбымуж как бы объелся груш, – четко произнесла я.

Похоже, эта новость Алика не огорчила. Он прекратил расспросы, и мы в полном

согласии доехали до моего дома.

– Может, пригласишь? – нейтральным тоном поинтересовался он.

– Нет. А с какой стати? Ты же меня к себе не приглашаешь.

– Я живу не один, а с кучей родственников.

– Вот именно, – прервала я его, – ты меня не приглашаешь потому, что живешь не один, а я потому, что живу одна.

На следующий день Алик не появился и не позвонил. Обиделся, – решила я. Ну что поделаешь? Не могу я так быстро парней менять. И грустно подумала: «Неужели мне опять понадобятся два года на залечивание раны? Так вся жизнь пройдет». Если бы я была уверена, что Генка меня просто бросил, было бы легче. Но моя женская интуиция подсказывала, что это не так, и я, вопреки очевидному, продолжала надеяться и ждать.