Полёт фантазии

Если дела шли хорошо, то он не скупился на премиальные.

Я уже второй год продавала пирожки, и это был мой рекорд продолжительности работы на одном месте. На первой работе в гастрономе, куда меня устроила тетка, процветало пьянство. К концу дня продавцы только что под прилавки не падали. В другом магазине к персоналу относились как к мусору, в третьем задавили необоснованными штрафами и т.д. и т.п.

Здесь же было не только человеческое отношение, но и неплохая зарплата. На эти деньги вполне можно было прожить и даже снять жилье, что я и сделала, так как жить с моими родственниками под одной крышей было невозможно.

Мои родственники – это вечно пьяная тетка и дебильный братец, который беспробудно пил и влипал во всякие истории.

Я закрывалась в своей комнате, пытаясь отгородиться от них и их пропащей жизни, больше всего опасаясь, что однажды сяду с ними за стол. Я надевала наушники, включала тихую музыку и погружалась в воображаемый мир, где было все, о чем мечталось.

Стихи плавно выливались из меня на бумагу, и я чувствовала себя абсолютно счастливой. Эти строки как будто возвышали меня над действительностью и, может быть, поэтому казались мне в тот момент прекрасными. На следующий день я перечитывала написанное и понимала, что такое творчество кроме меня никому не нужно.

Я думала о своем, время от времени отвлекаясь на покупателей. Пирожки с капустой закончились, с творогом осталось всего несколько штук, а мои любимые – с вишневой начинкой – сегодня успехом не пользовались.

Я позвонила менеджеру и заказала еще пирожков с капустой и с творогом.

Людской поток возле метро несколько оскудел, и Нинка, торгующая с другой стороны, помахала мне рукой. Я ей ответила тем же. Однажды, когда торговля шла очень

вяло, мы с ней разместились рядом, чтобы в разговорах скоротать время. Неожиданно появившийся Роман Иванович устроил нам настоящий разнос, правда, штрафовать не стал. Мы это оценили и больше так не делали.

– Вот идиотка! – вдруг подумала я. – Зачем еще пирожков заказала? Я же тут околею,

пока их продам.

Мороз пробирал до костей. Не спасали даже огромные валенки с галошами и

овчинный тулуп. Еще немного – и я превращусь в снежную королеву с ледяным сердцем.

– Женька, может, остаграммимся? – услышала я Васькин голос. – А то ненароком

коньки отбросим.

Он рядом со мной торговал батарейками, калькуляторами и прочей тряхомудией.