Мэзон

Вика собралась уличить ее во лжи, но в это время подошла раскрасневшаяся Ангелина Ивановна в сопровождении кавалера и представила его коллегам: «Василий Никитич». Ему давно перевалило за пятьдесят, но он был в хорошей форме, не пьян и вообще выглядел очень представительно. Он работал на складе и, видимо, неплохо работал, раз его делегировали на это торжественное мероприятие. Вика потихоньку подмигнула Ангелине Ивановне, и та в ответ ей улыбнулась. От недавних слез не осталось и следа.

Появились попившие кофейку и заметно подобревшие кобры.

Начался обмен мнениями о торжестве. Дружно признали, что все очень хорошо организовано, и артистов пригласили не абы каких, а самых настоящих звезд. Новый ресторан прекрасно справился с работой – все было вкусно и красиво.Как ни странно, этот хвалебный тон задавала Ангелина Ивановна, резко сменившая настроение с минуса на плюс. Вика почти не участвовала в разговоре, а Света охотно его поддерживала, постепенно успокаиваясь и приходя в свое обычное состояние.

Вике вдруг стало неуютно за этим столом, и она обдумывала, куда бы сбежать. Выручил подошедший Витька, пригласив ее в бар, и она с радостью последовала за ним. По дороге Вика поняла, что в ее отсутствие Витька даром времени не терял, приняв самое активное участие во «встрече без галстуков». Его слегка покачивало, а язык заплетался. Поэтому по ее настоянию в баре они пили только кофе. Через двадцать минут он был уже вполне вменяем и неплохо ориентировался в пространстве.

– 

Смотри, генералитет в полном составе, – радостно сообщил он, кивая куда-то за спину Вике.

Она обернулась, фотоаппарат был уже у нее в руках, и сразу же защелкал затвор.

Из ниши, расположенной в глубине ресторанного зала, вышли несколько мужчин и одна женщина – главный бухгалтер Марина Николаевна. Возглавлял шествие Фельдмаршал.

– А чего это у них морды утюгами? – спросил Витька, лишенный каких-либо комплексов и чинопочитания.

– Несварение желудка, – предположила Вика, продолжая снимать

приближающуюся к выходу группу.

Фельдмаршал это заметил и погрозил ей пальцем. Вика молитвенно сложила руки и закатила глаза. Витька хихикнул, а Фельдмаршал изобразил рекламную улыбку, за которую, наверное, выложил целое состояние, и Вика тут же ее запечатлела.

– А где же Васька? – к Витьке постепенно возвращались аналитические способности. – Неужели в верхах назревает смута?

Вопрос повис в воздухе без ответа. Вику мучило совсем другое.