Мятный виски

Зеркало в половину стены хранило тени. На столике стояла высокая ваза с увядшими розами. Красные бутончики ссохлись и свесили головки вниз, лишь острые шипы зеленели, напоминая о Марте. Роберт внимательно осмотрел столик: пудреница, кисточки в баночке, прямоугольный сундучок с косметикой. Он выдвинул ящичек – ворох визиток, открыток с любовными признаниями, записок. Среди них Роберт заметил выступающий край пакетика. Он вытащил ящичек и вывалил содержимое на столик. Пакетик с бледно-зелёным порошком оказался наверху.

– Когда последний раз Марта ходила в ночной клуб?

– Что? – переспросила его Лилия из коридора.

– Когда твоя подруга была в ночном клубе?

– Никогда. Она ненавидела громкую музыку.

Роберт приоткрыл пакет, в гримёрке запахло мятой. «Неужели она была наркоманкой?!» – разочарованно присвистнул следователь, но тут же мысленно одёрнул себя. – «Нет, Марта не была такой.

Лилия крадучись вошла в гримёрку и встала позади Роберта. Он увидел в зеркале плечо девушки и левую руку. За их спинами раскинулись полупрозрачные сиреневые крылья бабочки, оттенённые по краям изумрудным сиянием. Воздух зазвенел от напряжения. Крылья задрожали, взмах, рука девушки легла на плечо следователя.

– Чего ты хочешь, фея? – спросил Роберт, сморгнув с глаз пелену наваждения.

– Люби меня, – прошептала Лилия. – Люби так, как никогда, не любил никого.

– Ты всего лишь отражение Марты.

Глава 4

Роберт спрятал в карман пакетик с порошком и визитку ночного клуба, вышел из гримёрки, оставив Лилию одну. «Может быть, придёт время, и я поддамся чарам», – подумал следователь. – «Но пока во мне горит тёмное пламя, буду скитаться неприкаянным по земле». Уже на крыльце его догнал Владимир Филимонов, бесцеремонно схватив за рукав пиджака и потянув с силой на себя.

– Постойте, – запыхавшись, выдал он следователю. – Я угощу вас кофе. Здесь недалеко. Ну, чего же вы стоите? Пойдёмте.

Роберт пошёл вслед за режиссёром, они пересекли по пешеходному переходу улицу и оказались перед ресторанчиком «Зорька». Владимир толкнул дверь и скрылся в сумеречном холле. Роберт шагнул следом за ним, попав в аромат обжаренного кофе и орехового сиропа. Через окна, занавешенные мешковиной, свет не просачивался.