СвобоАД

Ты спрашиваешь: «Хочешь кушать?», и я всегда говорю, что да, даже если совсем не голодна. Как и с вещами, когда в моем животе еда, особенно если дорогая и вкусная, я чувствую себя в е щ е с т в е н н е е. Я существую, прямо здесь и сейчас, с очередным десертом в желудке. Мне хочется вобрать в себя эту жизнь, от которой раньше приходилось отворачиваться. Беспокоит только то, что чем больше ты мне даешь, тем больше хочется.

Вчера ты сказал, что отвез бы свою будущую жену к морю. «А это будет, когда она будет твоей женой, или ты будешь только думать о предложении?» «Когда я пойму, что готов на ней жениться, я отвезу ее к морю».

***

Болит живот – настолько, что изнутри ощущаю давление собственной крови, которая выплескивается порциями на каждом шаге. По дороге приходится зайти в общественный туалет. На стенке написано «Оглянись, вдруг ты смываешься, не успев смыть за собой», и я перечитываю это три раза.

От дома до автобуса мне добираться около тридцати минут. В туалете я провела десять лишних. Пока еду в автобусе, ты ничего не пишешь мне, хотя обычно развлекаешь рассказами о своём дне. Смотрю на экран телефона, уведомления периодически появляются, но по-прежнему ничего от тебя. Возникает нехорошее предчувствие, и я сжимаю телефон так крепко, что потеет рука.

На остановке всё тот же ты, но совсем мне не машешь. Ничего не осталось и от обычной улыбки. Ты как обычно берешь меня за руку, но сейчас словно слегка тянешь за собой.

–Тим, отпусти, пожалуйста.

– А мы же не пришли ещё.

Но мы идём в сторону, совсем незнакомую мне. Издалека я замечаю, как гастарбайтер на каком-то устройстве дробит асфальт. У меня начинает болеть голова, боль дробится, как серые дорожные кусочки. Ты упорно ведешь меня в сторону наибольшего шума. Я не смотрю на небо, на деревья или на тебя. Под ногами моими расползаются трещины, и кажется, что из-под ног отходят пласты земли.

–Тим, мне больно…

– НЕ НОЙ.

Я не могу поверить, что ты вообще произнес такое. Это слуховая галлюцинация, как обман зрения. Ты улыбаешься, подтверждая мою догадку. Это все – шум дробящегося асфальта.

– Ты поняла, за что я злюсь? – внезапно уже более четко долетает до меня.

– Пожалуйста, давай уйдем, у меня ужасно, ужасно болит… – я показываю на живот, сейчас скрытый толстовкой.