Артур Грэй

Грэй погреб руками и ногами, высвобождая себя из объятий воды.

Глоток свежего воздуха. Артур завертел головой. Обрыв, с которого он упал, куда-то исчез, черные тучи исчезли. Лес, озеро и запах свежести. Он погреб к берегу.

– Если это сон, я обязан проснуться! – кричал он сам себе.

Чем больше он греб, тем дальше удалялся берег, до тех пор пока кто-то не вцепился ему в ногу. Нечто тянуло его вниз. Женский смех пробежался по водной глади. Артур посмотрел под воду – девушка, улыбаясь, тащила его на дно.

– Нет! – орал он, захлебываясь.

Улыбка сменилась на оскал, белое платье рассыпалось, освобождая фигуру, усыпанную гнойниками и ранами. Когда одежда растворилась, Грэй от ужаса широко раскрыл глаза: за ноги его держал Гуль. Уродец вцепился зубами в правую икру жертвы. От боли Грэй закричал. Вода моментально заполонила легкие. Он перестал дышать, он мог лишь тихо умирать, наблюдая, как существо медленно, с уродским наслаждением отрывает кусочек за кусочком от его плоти.

– Найди меня, прошу тебя, Артур, найди меня, – женский крик, словно колокольчик, звенел в голове.

– Нет! – заорал он, барахтаясь.

Артур открыл глаза.

– Что?! Где я?! – он перевернулся на живот, пытаясь выплюнуть остатки воды из легких.

– Ур-р-р-р… Ур-ур-ур? – Данди поспешил к очнувшемуся хозяину.

Заметив малыша, Грэй уставился на него, не понимая, реальность ли это или все тот же кошмар.

– Ур-уру? – малыш взял хозяина за указательный палец.

Артура отпустило, он встал на колени.

– Это… – он сглотнул слюну. – Это был всего лишь кошмар, просто ночной кошмар, – успокаивал он сам себя, все еще ощущая холодную воду внутри себя. – Просто сон… Я ведь умер, да?

От осознания сего и ужаса Артур схватился за колотую рану на теле.

– Что это? – он ощупал себя.

Плотный слой бинтов закрывал большую часть спины и живота, он нажал на маленькое кровавое пятнышко:

– Не больно… Данди, ты меня вылечил?

Мышонок глупо смотрел на хозяина.

– Да что за черт, – Артур выругался вслух. – Почему ты молчишь?

Он протянул руку к другу. Маленькая пушистая фигурка рассыпалась прахом. Грэй взвыл.

– Хватит! Покажись! Я не боюсь тебя! – ревел он, смотря по сторонам.

Его комната, кровать, деревянный пол, стены и окна, выходящие на улицу, в свете луны были обычными, кроме одного угла. Слишком темного, чтобы быть правдой: его не освещала даже лампа, горящая на полу.