Имеем право

А Виктор почему-то переводил взгляд с Маринкиного лица на ее ноги, на живот и обратно, заглядывал ей в глаза и продолжал шептать: – Что? Как… почему не предупредила?

Ничего не понимающая Марина, напуганная непонятным поведением парня, проследила за его взглядом и то, что она увидела, повергло ее в не меньший ужас и шок….

Она растерянно посмотрела на свои ноги, которые были в крови, перевела взгляд на скомканную испачканную кровью простыню и ахнула. В ее голове застучали молотком такие же слова – «что это значит?» Девушка судорожно пыталась понять, что с ней произошло, и вдруг от страшной догадки сама побледнела и задрожала: «Он что-то во мне нарушил, поранил и теперь я умру?» – Слезы брызнули у нее из глаз, и она в страхе сжалась в комочек, обнимая себя, защищая и не замечая, что с ужасом в глазах повторяет последнюю фразу уже вслух:

– Я умру, да? – и такой жалкой и растерянной сейчас она выглядела, что Виктор, от стыда за свой поступок, схватил Марину в объятия, прижимая к себе и баюкая, в попытке успокоить.

А она вырывалась и продолжала плакать и истерично спрашивала парня: – Что же со мной произошло?

Парень, аккуратно отвел от ее лица, спутанные светлые волосы, вытер слезы и, успокаивая и извиняясь одновременно, начал говорить:

– Прости, меня, малыш. Я виноват. Прости, – шептал Виктор, с мольбой заглядывая в глаза плачущей Марины. – Я же не знал, что ты… ну что у тебя еще никого до меня не было. Прости. Если бы я знал, я бы никогда….

Марина, сначала ничего не поняла из сказанного им, а потом ей стало так легко и радостно от того, что она услышала, не передать! «Виктор подумал, что он у меня первый! С ума сойти! Ого! Но как ему признаться в его ошибке? Да и зачем?! – мысленно ликовала Марина, продолжая молча слушать то, что говорит ей испуганный парень. – Хотя откуда тогда кровь, в самом деле? Хоть ее и немного, но это же кровь…. Вроде бы ничего не болит внутри…. Ну блин, дела…. – она не собиралась ему врать или вводить в заблуждение и сама с собой мысленно спорила сейчас: – Но обстоятельства ведь так удачно сложились, что, пожалуй, лучше умолчать….

Ну ладно, оставим пока все как есть. А там я разберусь. Потом! Главное чтобы он сейчас был убежден в том, что сам же и говорит!» – и Марина, словно актриса, изображая из себя утомленную и трепетно-ранимую девочку, с обвиняющим взглядом посмотрела на растерянного и резко протрезвевшего мужчину.