Нетрадиционная медицина

– Руслан Станиславич, может, позвать Снежану? – с беспокойством спросил Арант, когда тот сел и согнулся в новом приступе, вцепившись в подлокотники кресла. На выдохе явственно прозвучали хрипы.

Ведунец мотнул головой и дрожащими руками накапал на платок из стоящего на столе пузырька несколько капель, размазал ими по шее. По комнате разлился сложный аромат эфирных масел. Руслан прижал платок ко рту, сделал несколько вдохов, и хрипы через пару минут постепенно затихли.

– Всё в порядке, Арант, мне уже легче.

Не беспокой мою жену, она на сносях, – сказал он, расслабившись, и снова посмотрел на меня. – Прошу прощения.

Я понял, что это никакой не туберкулез, а всего лишь незаразная астма. Воображаемый учитель с облегченным вздохом заткнулся и устало напомнил помыть руки и лицо после прогулки. С мылом. И маску изобрести на нос и рот. И большие-пребольшие очки, чтобы через глаза не попало… Я еще раз поклонился.

– Будьте здоровы, Руслан Ста-ни-сла-вич.

Пару мгновений мы смотрели друг другу в глаза.

– И в самом деле госпожа, – одобрительно сказал глава Крома и велел Аранту: – Поручаю её тебе и Зденьке. К воспитанницам не переводить. Обучить языку как можно скорее… И пусть ходит на те занятия, где язык не особо нужен. Музицирование, домоводство, танцы… Что там у нас еще есть для девочек?.. Уход за посадками…

Он устало откинул голову на спинку кресла, прикрыл глаза. Арант мгновенно уловил намёк и, сделав мне большие глаза, показал на выход. Я послушно поклонился в последний раз и вышел.

– Арант Асеневич, а это… – тихо сказал я и, сложив руки на груди, изобразил пару хриплых вдохов. Мне нужно было убедиться точно. – Давно?

– Чахотка? Давно, – Арант отмерил ладонью свой рост и опустил её на уровень пояса. – Руслан еще ребенком был. Ребенок. У него и матушка болела. Думали, кровь наследника Крома приведет её к Равновесию, но не получилось. Вот и он тоже кашляет.

Понятно. Наследственная предрасположенность к астме. Я кивнул и показал на стайку мальчишек за спиной Аранта, повторив.

При виде этих детей стало ясно, отчего Годана ничего не заподозрила. Пока их рост уступал моему на целую голову, но вот плечи уже раздались гораздо шире моих, а на подбородках пробивался первый юношеский пух. Сколько им лет, определить было сложно.

– Много ребенок, – выдал я с серьезным лицом. – Здесь. Это правильно?

Я имел в виду, почему здесь спокойно шатались дети, но Аранта вовсе не заинтересовало, почему больные не в лазарете.