Рефлекс выживания

Кажется, Руслан немного огорчился:

– Вот как?

– Только сдаётся мне, – кивнула я в сторону Вадима, который, не отрываясь, наблюдал за шариком, – что он забыл о моём существовании.

– Тогда я по старой дружбе угощу тебя «Шампанским», если ты не против.

– Советским, полусладким, – добавила я.

– Я не забыл, – откликнулся Руслан.

Мы поднялись на второй этаж в бар и расположились на балконе, огражденном балюстрадой, так что со своего места могли наблюдать за игровым залом.

– Как живёшь? – поинтересовался Руслан.

– Всё так же, по-старому.

– Ты изменилась, выглядишь – просто супер, – сказал он с восхищением.

Я улыбнулась в ответ на его комплимент.

– Ну, а как ты?

– Я развёлся с женой, – зачем-то сообщил он.

– Ах, вот вы где, – раздался вдруг голос Вадима, – я оглянулся, а тебя нет.

Честно говоря, увлекшись беседой с Русланом, я начисто забыла о Вадиме и при его появлении особой радости не испытала. Руслан, видно, тоже, потому что нахмурился и нехотя встал, уступая Вадиму место.

– Я пошёл, приятно провести время, – с ноткой грусти сказал он.

Вадим плюхнулся на место Руслана и стал с упоением рассказывать:

– Представляешь, поставил сначала на «тройку» и проиграл. А потом думаю, может, лучше на «тринадцать»? Выиграл, представляешь?

Я с безразличием слушала его: выиграл он или проиграл, какая разница. Я скучала, потому что мой кавалер, кажется, был занят исключительно собой и в моем обществе не очень-то нуждался. Для чего пригласил, непонятно.

Кроме того, было жаль, что ушел Руслан, с ним, во всяком случае, намного веселее. Тут весьма кстати у Вадима ожил телефон.

– Что ещё? – грубо спросил он в трубку. По мере того как ему что-то говорили по телефону, он всё больше хмурился.

– Сандра, – обратился он ко мне, – ты посиди пока, мне отлучиться надо. Ничего без меня решить не могут.

– Конечно, иди, – отозвалась я.

Компания Вадима стала мне надоедать, и я подумывала уже о том, чтобы уйти скромно, по-английски.

Но прежде всего надо было привести себя в порядок – навести, так сказать, марафет на лице, не пойду же я через весь зал с ненакрашенными губами. Как говорит одна моя приятельница, подкрашивая губы перед выходом в свет:

– Я что? Голая пойду, что ли?

Василисой Прекрасной никогда себя не считала, поэтому приходилось создавать видимость красоты. Думаю, что каждая уважающая себя женщина согласится с такой банальной истиной: женская красота – сильное оружие.