Женская сила

Виноградова наконец вылезла из сугроба и подошла к Ирке.

– И правильно! «Гори, гори, моя звезда», – пропела Виноградова с чувством, а потом добавила: – А еще лучше колеса прострелить. Простенько и со вкусом.

Необычайно спокойный голос подруги звучал где-то очень далеко, однако то, что она не успокаивала, не жалела и не останавливала Ирку, а, наоборот, советовала предпринять еще что-то такое очень для Колесникова обидное, подействовало отрезвляюще. Ирка мотнула головой:

– Действительно, мне эту канистру с бензином ни в жизнь не поднять! А может, их просто там оставить, пусть сами подохнут? От голода и холода? – Ирка заметила, что может рассуждать уже практически спокойно, и порадовалась за себя.

Виноградова оценивающе оглядела баню:

– Хорошая идея. Окна под потолком, узкие, да еще и решетками забранные. Дверь наружу открывается, ее ты отсекла роллетой. Так что голубчики-то замурованы. – Похоже, Виноградова тоже хотела, чтобы Котельников их слышал, потому что говорила она громче обычного, но не орала, как Ирка.

А Котельников, выходит, и правда все слышал, так как из окошка над их головами раздалось:

– У меня телефон есть, забыли?

– Действительно, – согласилась Ирка, обращаясь к Виноградовой. – Про телефон-то мы и забыли! Он ведь службу спасения из города вызовет с вертолетами.

– А немножко понервничать никому не повредит. Пока там эти вертолеты прилетят, дрова-то, глядишь, и закончатся. Похолодает в баньке, и потом, опять же – упс! – а начальника жена с бабой поймала.

Ирка представила и заулыбалась:

– Эх, жалко, что одежда у них там есть. Так бы покрасивше было, если б спасатели их голышом спасали. Холодненьких таких в синюю пупырышку!

– Женщины, откройте нас, пожалуйста! – раздался из бани женский голос.

– Заткнись! – хором рявкнули Ирка и Котельников.

– «Не виноватая я, он сам пришел!» – со смехом добавила Виноградова. – «А город пил коктейли пряные, пил и ждал новостей», – запела она и пошла к машине.

– Значит, так, – удивительно спокойно сказала Ирка. Она приняла решение и даже ощутила какую-то небывалую легкость. – Жить будешь здесь, на даче. Мне теперь этот дом и задаром не нужен. Бр-р-р! Щас сблюю! Инге сам все расскажешь. И чтоб никаких там «мама меня выгнала». Ты сам ушел. А вот почему, попробуй дочери объяснить, иначе я со временем ей сама все расскажу в подробностях. И постарайся мне больше на глаза не показываться.