Возможны варианты

Действительно, уж если мама сказала, то против этого не попрешь. – Шла бы ты, хоть сплясала, что ли? Пока ребята за водкой бегают. Ты ж вон уже извертелась вся за стойкой. Беги давай.

Давыдова сдала выручку Титову и поскакала в темноту, которую прорезали вспышки лазеров, выхватывая сосредоточенные лица танцующих. Только она завертелась и задергалась в общем ритме, как рядом с ней как грибы выросли два совершенно замечательных парня. Один был чернявый, с яркими зелеными глазами, его длинные волосы были забраны на затылке в хвост.

– Макс! – представился зеленоглазый, стукнув себя кулаком в грудь.

Давыдова сразу же окрестила его Чингачгуком.

– А это Стас! – Тут он стукнул кулаком в грудь беловолосого, который сильно смахивал на настоящего викинга.

Давыдова сразу представила его на корабле с развевающимися на ветру волосами.

– Надя! – в ответ представилась Давыдова и сделала книксен.

Зеленоглазый Макс заржал. У Стаса на лице не дрогнул ни один мускул. Давыдова с большим удовольствием подрыгалась с парнями, а потом махнула рукой в сторону барной стойки, извинилась и сказала, что ей пора. Шестопалов с Титовым возвращению Давыдовой явно обрадовались. Выпивка подоспела, Титов с деньгами путался, а Шестопалов все время вылезал из-за стойки, чтобы поглядеть, с кем там Давыдова зависла.

Надя отобрала у Титова деньги, быстро пересчитала их и записала в тетрадь. Шестопалов заглянул к ней через плечо и крякнул от удовольствия.

– Да, Надюшка, у тебя на халяву не проскочишь, полный ажЮр с абажЮром.

– Сам ты ажЮр! – засмеялась Давыдова. – Это ж казенные деньги, в смысле общественные, они любят счет и порядок.

В этот момент к стойке подкатились Макс со Стасом.

– Ну, что у вас тут наливают дископлясам? – поинтересовался Макс.

– Лимонад «Колокольчик»! – строго ответил Шестопалов, выпрыгивая из-под стойки.

– О! А ты кто же такой, мальчик? Уж не известный ли проказник Буратино, который впарил нашему физику томатного сока, нагло разбавленного водкой? – Макс веселился вовсю, и Давыдова не могла удержаться от смеха.

– А кто интересуется? Уж не народный ли контроль? – в тон ему ответил Шестопалов, рожа которого уже тоже сама собой расплывалась в улыбке.