Самый опасный возраст

Валентина Григорьевна тоже выбралась из машины, скрестила руки на груди и уставилась на снежную кучу.

– Сейчас бабуля помедитирует, и куча сама собой рассосется, – сообщила Дарья.

– Или примчится прекрасный принц на экскаваторе и разгребет всё моментом, – высказала предположение Елена Михайловна.

– Это вряд ли, бабуля принцев не жалует.

– Я свинопасов не терплю, – сообщила Валентина Григорьевна. – Ты б председателю позвонила, может, пришлет кого, – посоветовала она дочери.

– Чего тут у вас? – раздался мужской голос, и девушки дружно обернулись.

– Здрасьте! – принц оказался ещё и воспитанным, поздоровался.

– Здрасьте! – хором поздоровались Смирновы.

– Да вот, не проехать никак, завалило всё, – сообщила Дарья странным голосом, чем вызвала явное удивление Елены Михайловны, у которой при звуках этого, прямо скажем, ангельского пения аж брови поползли кверху.

– Папа, папа! Ты чего там застрял? – послышалось с участка напротив. – Мама ждет!

Из приоткрытой двери соседского дома показалась детская головка.

– Иду, милая! Закрой дверь, а то простудишься, – прокричал в ответ прекрасный принц.

Дарья странно потемнела лицом и отвернулась, явно потеряв к принцу интерес.

– Я сейчас, батю позову, он вам поможет, – сообщил принц Смирновым и помчался к одной из машин, откуда вытащил какие-то продуктовые пакеты, после чего исчез в доме.

– Батю он позовет! Деревенщина, – фыркнула Дарья.

– Симпатичный, – сообщила Елена Михайловна куда-то в пространство.

– Осталось дождаться «батю», и золотой ключик наш, – справедливо заметила Валентина Григорьевна.

Все трое уставились на соседский дом. Через несколько минут из дома показался мужчина средних лет, он махнул Смирновым рукой и ушёл куда-то за дом. Потом вернулся с аппаратом, похожим на газонокосилку.

– Снегоочиститель! – сообщила присутствующим Елена Михайловна.

– Неужели! А мы думали экскаватор, – фыркнула Валентина Григорьевна.

Когда мужчина подошел поближе, Смирновы, наконец, разглядели «батю» прекрасного принца. «Батя» не подкачал. Крепкий такой дядечка, плечистый, высокий, без какого-либо даже намёка на брюшко, свойственное мужчинам после сорока, в свитере крупной вязки и джинсах.