Переломный момент

Правда, у Игошина уже был дом, в смысле хорошая квартира в Центре с видом на воду, что для тех, кто понимает, значит очень много, и целый успешный бизнес, который с никаким деревом не сравнится, у него имелся, но вот сына не было, была дочь, с которой Игошин носился как со своим самым выдающимся достижением, что нестерпимо раздражало Леру. Она подозревала, что именно из-за дочери он до сих пор не сделал решающего шага в нужную сторону.

– У Пети свои задачи, – сообщил Игошин. – Он шофёр, к нужным и очень важным людям шофёров не посылают.

А ты не просто передашь бумаги, но и повысишь тем самым мой статус. Когда у руководителя такая помощница, к нему и отношение соответствующее.

Он огляделся по сторонам, откинул в сторону тщательно уложенные Лерой волосы и впился губами в её шею. Руки его стремительно зашарили по её телу. По случаю планируемого свидания Лера надела новое платье, которое обтягивало, подчёркивало и открывало. Надо сказать, что у Леры имелось в наличие то самое, что можно и подчеркнуть, и обтянуть, и продемонстрировать, и что, по мнению Игошина, должно непременно повысить его статус в глазах стороннего наблюдателя.

А вот у его жены ничего такого даже в помине не было, поэтому Лера так и рассчитывала на этот решительный шаг с его стороны. Чего тут вообще думать? Даже сравнивать нельзя. Уж повышать статус, так повышать! Ведь у руководителя в первую очередь должна быть соответствующая жена.

Приёмная перед кабинетом Игошина на самое лучшее место для приставаний к секретарше, поэтому эти приставания продлились недолго.

– Я на тебя очень рассчитываю, ты же понимаешь, поторопись, – шепнул он ей на ухо и исчез у себя за дверью.

Лера тяжело вздохнула, скинула офисные туфли, нацепила сапоги, шубу, взяла папку с документами, сумку и выкатилась к машине Игошина во дворе офиса. В машине её ожидал недовольный Петя.

– Ну, а ты чего не рад? – поинтересовалась Лера. – Куда тебя потом отрядили?

– Барыню по магазинам повезу, – буркнул Петя.

 – Ей присралось. Фигли своего водителя отпустила?

Лера тут же поняла причину, по которой её планы полетели в тартарары, и она разозлилась ещё больше.

До Рубинштейна тащились по пробкам очень медленно.

– Опять какие-то хуи из Москвы пожаловали, весь город стоит, – проворчал Петя.

Эти самые хуи своим присутствием баловали как бы культурную столицу не так уж и часто, но уж если приезжали, то в городе творилось неописуемое.