Кикимора болотная

 – При этих Тасиных словах Эмма моментально вытащила план местности и развернула его под носом у заказчика. – А это и время, и деньги немаленькие. Так что, как ни крути, если хотим сэкономить хотя бы время, то надо изыскивать возможность согласования временного съезда.

– Может, вертолетами дешевле будет? – тоскливо спросил тип в очках.

При этих его словах Тася даже ощутила к нему некоторое сочувствие, потом вспомнила, как она непрерывно бьется с офисной шушерой его предприятия, и сочувствие исчезло без следа.

– Я, пожалуй, пойду! Суть я вам в двух словах изложила.

Пакет согласовательной документации вот, мои юристы подготовили, конкретику вам Эмма Эдуардовна обрисует. – Тася положила перед заказчиком пачку документов и жалостно посмотрела на Кислицкого. – Леонид Александрович, отпустите меня, а?

– Вот еще! Что значит пойду? – вскинулся заказчик, глядя на Тасю сквозь свои черные очки. – Сама тут повеселилась, мне настроение в двух словах испортила и теперь пойдет! Нет уж, Анастасия Михайловна, оставайтесь и вместе со всеми голову ломайте теперь.

Не хочу я съезд с федеральной трассы согласовывать. Абсолютно! А ускоряться надо! Очень надо.

– Я, конечно, понимаю, что вы в разведчика играете, но мне весьма тяжело с человеком разговаривать, когда его глаз не видно. – Тася наконец нашлась. Такую вот незатейливую ядовитую шпильку ему воткнула. Пустячок, а как приятно.

Заказчик ухмыльнулся, медленно снял очки и тут же сощурился. Глаза у него оказались потрясающе красивые, хрустально-серые, с густыми черными пушистыми ресницами.

Точь-в-точь как у зверя из Тасиного сна.

– Я не в разведчика играю, Анастасия Михайловна. Я болен и не могу выносить дневной свет. Оттого и очки. Поверьте, они меня самого очень раздражают. – Он медленно надел очки, продолжая смотреть на Тасю.

Ей стало очень неловко.

– Извините. Извините, пожалуйста. Я не хотела. Господи, как неудобно. – Тасе хотелось сквозь землю провалиться, а еще ей хотелось плакать. Надо же! Взяла и вот так между делом мужика обидела.

А он больной оказался. А еще симпатичный. Без очков-то сразу видно стало, какой он симпатичный.

– Ничего, Анастасия Михайловна. Я уже привык. Не вы первая, не вы последняя.

Ну вот! Она еще не первая и не последняя! Уел так уел.

– Я все-таки пойду. – Тася чувствовала, что она не может больше оставаться в его присутствии.

Она вскочила, уронила свой ежедневник, вежливый Светин кинулся его поднимать. Короче, образовалась маленькая неловкая куча-мала.