Владивосток. Хай-шень-вэй. Книга первая. Бутраммусс. Юноминчен. Миллионка

Несколько жителей деревни даже отодвинулись подальше, чтобы тень злобной женщины каким-то образом не упала на них.

Конек понял, что отмолчаться ему не удастся.

– Мей, – заговорил он наконец, – вы устали. Я хотел бы предложить вам спальню, соответствующую вашему статусу, но, к сожалению таковой в деревне не найдётся. Вы привыкли к роскошным лежанкам и шелковым простыням. Ничего этого в нашей деревне нет. Поэтому вам придется подождать моего решения в вашем паланкине. Я знаю, что он достаточно широкий, чтобы вы могли там отдохнуть.

Мей только кивнула головой. Услышав не допускающий возражений тон своего мужа, она счастливо улыбнулась, ей показалось, будто она вернулась в то время, когда была сыграна свадьба. Тогда Мей была самой счастливой женщиной на свете. Женщина вернулась в паланкин.

А Морской конёк забежал в свой родной дом и захлопнул дверь. То, что произошло – было катастрофой. Теперь чужаки будут знать дорогу к деревне Бутрамусс.

Деревня Бутрамусс стояла на этой земле больше века. И ни разу за всё это время нога чужака не ступала сюда. И вот теперь всё рухнуло.

Юноша слишком хорошо понимал то, что произошло.

Когда настал вечер, он раздвинул шторы паланкина и попытался договориться с женой. Он пообещал ей, что прибудет в китайский город позже, а сейчас он предлагал Мей отправиться назад одной.

Женщина разрыдалась, когда Конек сказал, что сейчас покинет её, но вернется утром с готовым решением.

Вернувшись домой, он узнал, что прабабушка матриарх велела созвать совет.

Когда он пришёл к дому Яшмы, на гвозде висела чужая шляпа. Всё было ясно. Вероятно, Яшма узнала о прибытии в деревню кортежа с госпожой Мей и с досады решила отомстить Коньку.

Вернувшись в родовой дом, Конек уклонился от разговора с дядей, племянниками и братьями, и, закрыв голову подушкой, попытался заснуть.

И Мей ему больше не снилась. Утром прабабушка матриарх вынесла свое решение.

Морскому коньку дали немного продуктов в дорогу. Прабабушка была стара и очень любила своего правнука. Когда паланкин был уже водружен на плечи слуг, бабушка вдруг велела Коньку вернуться.

Она привела его в свою комнату и три раза стукнула по плечу веткой от дерева Бутрамусс. Таким образом, она благословила своего непутевого внука.