30 дней моей мести

Во всяком случае на Ульяну, которая пошла мимо с лицом королевы, смерив его взглядом в духе: «ну нет, мальчик – ты не мой уровень, твой потолок дурочки, получившие вчера паспорт», он переключился моментально, с интересом провожая её пятую точку взглядом. Ещё пара секунд, и, вырвавшись из окружившего капкана прилипал, он уже направился к ней.

Матвеева, обосновавшаяся у стойки с десертами, ликовала. Да она, оказывается, хороший рыбак. Рыбка-то вон как быстро клюнула. Хотя, наверное, за это стоит сказать спасибо Сашиному наряду.

– Какие красивые щиколотки, – сладким бархатистым голосом пропел ей в спину голос замершего позади Кирилла. – Но тату их портит.

Не новость. То, что он не любил татуировки у противоположного пола – общеизвестный факт. Как и цветные волосы, туннели, пирсинги и тому подобное.

Он же, мол, перво-наперво ценит в девушках женственность. Настоящую, неподдельную, без силикона и накаченных губ. Только тогда есть шанс завоевать его внимание.

Пельменей на лице Ульяны слава богу не было, а вот татуировки она любила.

– Можно ведь просто не смотреть, – обмакнув в фондю взятую тут же из высокого блюда с фруктами клубничку очаровательно улыбнулась она, оборачиваясь к собеседнику. – Или ты фетишист?

– Если хорошо попросишь, я могу стать для тебя кем угодно.

– Какое заманчивое предложение. Как некстати, что именно сегодня я не планировала заводить второсортных коротких интрижек, – парировала Матвеева.

Внутри неё с каждой секундой всё сильнее и сильнее росло недоумение. Кирилл смотрел прямо на неё, глаза в глаза… И в упор не узнавал бывшую одноклассницу.

Да, прошло уже десять лет.

Да, она давно сняла ненавистные брекеты.

И да, сейчас она килограмм на тридцать худее, но утихшая за эти годы обида вспыхнула с новой силой.

– Ну почему же коротких? – её заигрывающе приобняли за талию, привлекая к себе, и многозначительно сминая ткань платья. – До утра нам точно скучать не придётся.

Нет, вы только посмотрите!

Этот человек унизил её, высмеял на глазах у всего класса, поселил в ней неубиваемые никаким дихлофосом комплексы и ненависть к школе, а теперь пытается склеить!

Боже, как это иронично: клеить ту, кого когда-то прилюдно отшил, обозвав жирной уродкой.